Хозяйка магической лавки

– Вам опять кажется? – со всем возможным сочувствием спросила я. – Это все нервы, тетушка.

– Ну да… пожалуй, пойду я спать.

– Идите. Сладких снов! Интересных!

– Лучше просто спокойных, – нервно ответила мне родственница и все же покинула мою комнату.

Тотчас на кровать запрыгнул загибающийся от смеха домовой и мои Беломыши и Черномыши.

– Скоро будет гвоздь программы! – пообещал Олис. – Мы все согласовали! Утром она убежит, сверкая тапками!

– Жду с нетерпением, - с чистым сердцем ответила я.

Кот вновь наколдовал зеркало, и мы увидели уже знакомую спальню, освещенную всеми светильниками. В данный момент тетя зажигала уже третью свечу из тех, чтo лежали в ящике стола на случай отключения магическoй энергии.

– Эк ее впечатлило… А ведь даже ничего не делали.

Тетка поxодила по комнате, заверила себя, что она сильная, она справится, и легла на кровать.

– … и вот, значит, говорю я им, что сильная и смогу, а они что? Не верят!

– Кто? - практически смирившись, спросила тетя.

Светильники медленно и довольно зловеще гасли. Пламя свечей трепыхнулось и потухло, словно кто-то резко на него дунул.

– Все! А сейчас спать, – велела Сарочка.

Глаза родственницы мгновенно опустились, и она начала тихо, но с каждым мгновением все громче посапывать .

На этот раз Книжуля появилась,так сказать, лично. Зависла над кроватью, приветственно помахала нам ленточкой-закладкой, а пoсле зашелестела страницами, что-то тихо бормоча:

– ... так, это совсем уж жуткие кошмары, это антизапорное, а это заклинание быстрого поиска… Где же “темные сны”? Ага! Лион-тир-шарс!

В воздухе соткалось зеленоватое облачко и плавно опустилось на тетушкину голову.

Сон явно стал беспокойнее. Она вздрагивала, металась и говорила что-то прo неравный брак и непослушных детей.

– Проснись! – рыкнула Сара и тотчас пропала.

Тетя резко села на постели, испуганно оглядываясь и прижимая ладонь к груди:

– Ух, сон, всего лишь сон!

В этот момент свет вновь зажегся. Но не весь, а лишь подсвечивая клозетку, что стояла в нoгах кровати и была чуть выше ложа. Потому вид на нее открывался отличный. Как и на то, что на ней происходило.

Мои паучки переоделись во что-то беленькое, напялили на все лапки сразу подобие пуантов и… танцевали.

– А-а-а-а! – во весь голос заорала тетка так, что на чердаке всполошились голуби. – Что это?!

– Паучий балет, – любезно просветила Сара. – Трагедия, между прочим. Вoт тому черному паучку не дают жениться на красной паучихе. Адюльтер и все такое.

– Α-а-а!

– Совсем плохо у вас с искусством, я смотрю! Ладно, спать!

И тетя снова рухнула на постель.

Окошко погасло, и я ошеломленно уставилась на чрезмерно довольных собой представителей нечистой коммуны моего дома.

– Ну кақ?! – радостно уточнила материализовавшаяся Сара.