Хозяйка пролива Боншон

Солнце уже погружало свои лучи в волны, его свет смягчился, стал приятнее для глаз. Море окрасилось разноцветными бликами, будто по волнам чья-то щедрая рука раскидала россыпь самоцветов.

– Надо бы нам заняться ужином, – ворвался в мои мысли голос Дилера. И мы отправились на камбуз, проверить наши припасы.

Глава 10

По словам Демьена, плыть до Лорэя недолго, к вечеру следующего дня прибудем на место. Странно было называть эти незнакомые места своим домом, но благодаря чужим воспоминаниям, я уже успела полюбить и мрачноватый замок, и небольшие рощицы, что росли в округе, и пологий берег в обрамлении угрюмых скал, что вёл к заливу.

Мои владения выходили к фьорду. Потому и был Лорэй в безопасности столько лет. С моря фьорд был довольно узок и извилист, дальше он расширялся, образуя небольшую бухту. Но эти времена прошли, попались пираты, что добрались и до нас. Где-то там ждал меня сын, которого я уже считала своим.

Когда сумерки начали опускаться на волны, смешиваясь с водами, послышался зычный голос Симеона:

– Земля!"

"Полоска берега стремительно приближалась, уже можно было различить скалы, что гордо вздымались к небу, цепляя своими макушками облака.

Благодаря этим каменным стражам, Фарийя не вся подвергалась тотальному грабежу с моря. Меня захватило чувство дежавю, я уже видела всё это.

– Капитан, – подошла я к Демьену, – нам нужно вон туда, – указала направление пальцем. Та абракадабра, что назывался языком моряков, вгоняла меня в ступор, потому предпочла просто показывать, куда плыть.

Демьен улыбнулся:

– Мне доводилось заплывать к вам, мадам Мирабелла, но лично ни с вами, ни с вашим мужем я не встречался. Мы тогда попали в сильную бурю и на счастье нам попалась ваша уютная бухта, где можно было переждать шторм.

Но подняться на берег не вышло бы при всём желании, он у вас высокий и скалистый. А утром, едва рассвело, снялись с якоря. Сейчас заберёмся на скалы при помощи верёвок. Надеюсь, получится. Если не выйдет, придётся снова выйти в открытое море и делать крюк.

– Отлично, фьорд у нас с норовом, не всякий может совладать с ним, – слова как будто сорвались с языка, опережая мысли. Так говорил мой муж, вспомнила я. Он всегда гордился нашими владениями, что с одной стороны ласкало море, а с другой – радушно встречали обширные леса, полные дичи.

Вот уже показались знакомые очертания, вход в бухту караулили две высокие скалы, подобные геркулесовым столпам.

Я, не в силах успокоиться, мерила палубу шагами. Вот он наш узкий залив, Демьен аккуратно вёл шасмаре по спокойным водам. Кораблик слушался его точно ручной. Повинуясь едва заметному повороту штурвала. Мимо проплывали величавые скалы, поросшие кустарником, что покрывал их бока, как шерсть на теле животного.