Хозяйка старой усадьбы

В первый миг даже испугалась, но высунув голову наружу, увидела, что нянюшка стелет на травке старенькую скатерть, выкладывая на неё пироги, завернутые в куски ткани. Светослав крутился рядом, помогая выставлять на импровизированный стол бутыли с холодным отваром.

Касьян с Мирославом таскали свежесорванную траву, складывая её кучками прямо перед стоящими рядком лошадками. Те меланхолично подхватывали мягкими губами предложенное угощение, иногда пофыркивая, словно благодаря за заботу.

Воздух уже прогрелся на солнце, но ещё не было жарко.

— Каталина, пойдём завтракать! — замахала мне рукой нянюшка.

Я выпрыгнула из кареты на землю, сладко потянулась, вдыхая полной грудью напоенный утренней свежестью воздух. Потом, вспомнив наставления Антипки, поискала глазами ближайшие кусты, заглянула назад, в карету, вытаскивая на свет свою сумку, вешая её через плечо.

— Я сейчас, мне здесь надо…

Я направилась к кустам, успев по пути прихватить со скатерти пирожок.

За кустами присела на колени.

— Покажись!

В этот раз передо мной появился молодой паренёк: худенький, в длинной зелёной рубахе и таких же штанах.

— Доброго дня. — поздоровалась я с пареньком. Тот окинул меня любопытным взглядом.

— И ты здрава будь, ведунья.

Это я удачно пирог прихватила, как чувствовала! Не уверена, что паренёк обрадовался бы шёлковой ленточке, хотя, кто его знает, может быть, и порадовался бы, но я решила не рисковать.

— Прими моё угощение, хозяин лугов. — я протянула на ладонях пирожок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Паренёк принюхался.

— С морковью?

И быстро цапнув предложенное угощение, прижал пирог к груди.

— Благодарствую за угощение, госпожа ведунья.

О, меня уже до госпожи повысили!

— Чем я могу тебе службу служить?

Паренёк с нетерпением уставился на меня, видимо, ему хотелось поскорее заняться пирожком, вон, как у него нос смешно шевелится, принюхиваясь к аромату выпечки.

— Помоги облегчить дорогу, и немного удачи в пути нам не помешает.

Паренёк коротко кивнул.

— Будь по-твоему, госпожа ведунья. Только мои владенья у реки заканчиваются. Там хозяином дядька леший, у него помощи проси.

— Спасибо!

Поблагодарила я лугового, и стоило мне только моргнуть, как передо мной колыхалась только зелёная травка, на которой ярким солнечным пятнышком выделялся одинокий цветок мать-и-мачехи.

Я вернулась к карете, где прямо на траве, кружком вокруг скатерти, уже сидели все мои попутчики. Ждали только меня.