Моя любой ценой

Потому что это просто возмутительно! Уму непостижимо. А затем он резко подается ко мне и едва ли не в губы шепчет:

— Дыши, красота.

Я успеваю сделать только один вдох, как он резко целует меня. Быстро, жестко и бескомпромиссно. Когда до меня доходит, что надо оттолкнуть и сопротивляться, все уже заканчивается. А на лице мужчины появляется такая предвкушающая ухмылка.

— Неплохо. Очень неплохо.

Меня словно водой окатывает — он, выходит, меня, что? Попробовал, а теперь оценивает?!

Набираю в грудь побольше воздуха, собираясь отчитать нахала, как вдруг его лицо меняется — и я закрываю рот, так и не сказав ни слова. Ведь он смотрит куда-то мне за спину. Холодно, расчетливо.

— Прошу прощения, Злата. Продолжим позже, — отстраненно говорит Багров и уходит.

Все это настолько выбивает меня из колеи, что вместо того, чтобы проследить за ним, я попросту выбегаю из зала. Плевать, что где-то потерялся Верховцев. Сейчас я просто хочу уйти отсюда домой. Спрятаться там и как-то обдумать то, что произошло.

Но в коридоре сворачиваю не туда и в итоге оказываюсь в тупике. А когда пытаюсь вернуться и найти верный поворот, позади раздаются шаги, а следом слышу знакомый до боли голос:

— Надо же, как быстро ты утешилась, Злата. А ведь такую недотрогу из себя строила…

Оборачиваюсь и вижу Пашу. И если я правильно понимаю, он не просто не в настроении, он зол…

7. Злата

Нервно сглатываю под тяжелым взглядом Кравцова, который делает ко мне шаг, затем еще один. А я… Я впервые его боюсь.

— Что, нашла себе любовника побогаче? — ядовито спрашивает. И его вопрос — будто пощечина. — Молчишь? Невинная недотрога, которая сразу готова прыгнуть на хер к Багрову!

— Ты что-то путаешь, — лепечу первое, что выходит озвучить. — И… И это не твое дело… Ты бросил меня!

Паша некрасиво ухмыляется, зло, даже мерзко. Я и подумать не могла, что он может выглядеть вот так.

— А ты и рада стараться, да, Злата? Нашла, как отомстить? Думаешь, ты нужна этому мужику? Да он таких, как ты, пачками имеет и выбрасывает.

Каждое его слово пропитано такой злобой, что у меня мурашки по коже. Когда мы были вместе, Паша казался мне таким галантным, таким воспитанным. Я ни разу не слышала от него ругательств. И к моему пункту про близкие отношения отнесся с пониманием, хотя я чувствовала, что он хотел бы иного.

Сейчас же… Я будто и не знаю вовсе этого мужчину.

— Ты ошибаешься, — твердо говорю. — И не понимаю, что ты имеешь в виду. Я, в отличие от тебя, не имею привычки изменять.

Я стараюсь говорить ровно, не показывать, как задевают его слова. Даже после всего мне больно. Больно, что он думает про меня вот так.

— Лгунья! — припечатывает Кравцов. — Думаешь, я не знаю, как Багров стал новым спонсором, и ради кого? — бывший оказывается слишком близко.