Моя любой ценой

 — Давай, я тебя полечу, красота.

Полечит? Что это значит? Где полечит?

Растерянно хлопаю глазами, а Феликс целует меня. Мягко, ненавязчиво. Но так возбуждающе. Я невольно расслабляюсь и теряю бдительность. Чем и пользуется Феликс — резко переворачивает меня лицом в матрас и придавливает собой сверху.

— Пусти! — возмущенно пищу. Толкаюсь, но в ответ получаю легкий укус в плечо.

— Не дергайся, золотце. Сейчас я тебе помогу отдохнуть.

И нагло раздвигает мои ноги, вклинивается между ними, не давая возможности свести обратно. А затем мучительно медленно наполняет собой.

Сейчас он совершенно другой — осторожный, внимательный любовник. Его движения ленивые и медленные. Каждое сопровождается поцелуем в спину — то возле лопаток, то вдоль позвоночника.

И это приносит плоды — усталость растворяется в этой мягкой неге. Возбуждение набирает обороты, но тоже — неторопливо, так, словно у нас впереди вся ночь.

— Ты специально?

— Что именно? Растягиваю удовольствие, м? Я наслаждаюсь тобой, — хрипло шепчет, — каждым мгновением. Каждым движением.

— Я… — осекаюсь на особенно глубоком проникновении. Делать равнодушный вид больше не выходит.

— Ты просто охуенная, красота. Вкусная, мягкая, отзывчивая.

Каждое слово — очередное движения во мне. И из маленькой искры во мне разгорается настоящий пожар. Разум отключается, а я поддаюсь его красивым словам, млею, плыву по волнам удовольствия, которое вот-вот достигнет пика.

— Как же мне тебя мало… — эти слова звучат где-то далеко. Я даже не уверена, что они реальны — ведь я уже за гранью реальности, полностью отдаюсь очередному оргазму.

Мы так и лежим, не расходясь после очередного секса. Не торопимся разъединять наши тела. Ленивая мысль о том, что надо снова помыться, с огромным трудом всплывает на поверхность.

— Надо опять в душ, — вздыхаю.

— Ты ведь пьёшь таблетки?

У меня нет сил удивляться осведомленности Феликса.

— Пью.

— Тогда спи. Все завтра, — командует Багров и откуда-то притаскивает одеяло.

— Мне надо домой, — вяло возражаю, не имея никаких сил подняться.

— Зачем? Твой брат уже в курсе.

— Да, но он будет волноваться.

— Я решу эту проблему, золотце. Спи.

И я действительно засыпаю. Вымотанная, уставшая и удовлетворенная. А утром просыпаюсь одна. С непривычки оглядываюсь по сторонам и не сразу понимаю, где нахожусь. При свете дня обстановка в спальне воспринимается иначе. По-мужски лаконичная. Или просто необжитая. Я ведь даже не знаю — Феликса ли эта квартира.

Первая же попытка встать дает понять, что бесследно наша близость не прошла. Мышцы ноют. Особенно там, между ног. Я, конечно, к подобному привычна — Верховцев гоняет нас сильно. Но Багров сумел переплюнуть его.

Одежду свою я так и не нахожу. Как и полотенце, в котором меня сюда принёс Багров.