Хроники Заводной Птицы

Но сейчас такого настроя уже нет. Чем дальше, тем меньше мне это интересно.

Жена опять посмотрела на меня в зеркало.

– Выходит, я знаю, что делать не хочу, но вот что хочу делать – понятия не имею. Сказали бы мне: «Давай, действуй!» – кажется, все бы сделал. А так… прямо не знаю.

– Ну, в таком случае, – сказала она, опустив руку с полотенцем и обернувшись ко мне, – раз надоели законы – бросай это дело совсем. И про экзамены на адвоката забудь. Нечего спешить с работой. Не знаешь, что тебе нужно, – подожди. Так ведь?

Я кивнул:

– Просто захотелось объяснить тебе, что я об этом думаю.

"

"– Понятно, – сказала Кумико.

Я пошел на кухню и принялся мыть стаканы. Кумико вышла из ванной и присела за кухонным столом.

– Ты знаешь, кто мне звонил сегодня днем? Брат.

– Да неужели?

– Похоже, он всерьез собрался участвовать в выборах. Можно сказать, это уже почти решено.

– В выборах?! – От удивления я на несколько секунд даже потерял голос. – Ты имеешь в виду… в парламент?

– Именно. Говорят, его просят выставить свою кандидатуру в округе в Ниигате, где всегда баллотировался дядя.

– Но разве округ не переходит по наследству дядиному сыну, твоему двоюродному брату[29]? Он ведь собирался бросить свое директорство в «Дэнцу»[30] и вернуться в Ниигату.

Кумико достала ватные палочки и принялась чистить уши.

– Действительно, был такой план, но двоюродный брат от этого отказался. У него семья в Токио, хорошая работа, и он совсем не хочет перебираться в Ниигату, чтобы стать депутатом. Потом, его жена категорически против. Короче, он не собирается ради этого жертвовать семьей.

Старшего брата отца Кумико четыре или пять раз выбирали в том округе депутатом нижней палаты от Ниигаты.

Политическим тяжеловесом назвать его было нельзя, и тем не менее он сделал вполне приличную карьеру – был даже один раз министром, правда, на второстепенном посту. Однако из-за преклонного возраста и проблем с сердцем снова идти на выборы ему было трудно. Надо было подыскивать замену. Из двух дядиных сыновей старший с самого начала не проявлял к политике никакого интереса, поэтому, естественно, оставался младший.

– В общем, народ в округе спит и видит, чтобы на выборы пошел брат.

Они хотят молодого, дельного и энергичного. Такого, кто мог бы несколько сроков депутатствовать и стать влиятельной фигурой в Токио. У брата есть имя, да и молодежь за него проголосует, тут и говорить нечего. Конечно, наладить контакт с местными ему будет нелегко, но у него сильная группа поддержки. Они этим и займутся, а брат вполне может жить в Токио, если захочет. Единственное, что от него требуется, – появиться там во время выборов.

Я не мог представить Нобору Ватая депутатом парламента.