Хрупкое сердце

Когда это получается, я обнаруживаю, что подруга Снежной осталась на балконе одна, а Алисы рядом нет. Не удивительно, она всегда избегала холодных мест.

Черт, и качка Рыбкина тоже нет!

Я возвращаюсь в квартиру как раз в момент, когда тот устраивает шоу на входе в одну из комнат, думая, что здесь никому нет до них дела. Этот идиот во всю тискается с другой на глазах у своей девчонки и настолько уверен в том, что она об этом не узнает, что даже не смотрит по сторонам. Осталось только член из штанов достать и разложить подругу, и можно считать, что он уничтожил Снег.

Я нахожу взглядом Алису и понимаю, что на ней нет лица. Она почти слилась с белым фоном гостиной и распахнула глаза, в панике пятясь назад.

Да уж, истерики и сцены – это не про отличницу Снежную. Гораздо лучше изнурять себя учебой, потом работой и доказывать миру, которому плевать на всех, что она его достойна. Что она достойна любви близких, хороших оценок и внимания даже такого кретина, как Рыбкин.

Вот только все эти надежды – чертовые иллюзии, которые однажды всегда разбиваются! Я столько раз пытался ей сказать, что она ошибается, и в жизни всё проще. Хочешь – делаешь, а не хочешь – нет. Это же легко – быть собой!

Но только кто бы меня слушал, и это точно не Снежная.

Алиса пятится и бежит в чужую спальню, потому что иначе ей не избежать встречи с парочкой и некрасивой ссоры, на которую с радостью сбежится вся тусовка. Ну а мне всё равно, кто меня видит. Когда я бросаюсь вслед за Снежной, эти двое так присосались друг к другу, что никого не замечают.

Забежав в спальню, я осматриваюсь, но Алисы нигде нет. И только дверца гардеробной шатается, выдавая, куда спряталась девушка.

Я не думаю, что делаю. Я просто захожу следом за ней. Она испуганно вскрикивает, но я тут же накрываю ее рот рукой, надвигаясь ближе.

– Тихо, Снег, – говорю негромко, – это я.

– Черт! – чертыхаюсь, шагнув за спину Алисы, и быстро прикрываю дверь в гардеробную, потому что придурок Рыбкин со своей курицей вваливаются в комнату вслед за нами.

– Влад, ты уверен, что сюда никто не войдет? – я слышу, как закрывается дверь спальни, отрезая звуки из квартиры.

– Уверен, детка. Мы с тобой настоящие экстремалы!

– Ой, мне это так нравится! А если кто-нибудь догадается?

– Всем плевать, ты еще не поняла?

– А тебе?

– И мне!

– На всех?

– Сейчас – да…

Вот это засада! Но хуже всего даже не их дебильные, страстные вздохи-разговоры, а то, что узкая дверь в гардеробную комнату набрана из поперечных планок по типу жалюзи, и Алиса продолжает видеть постель перед собой и спектакль на ней. И судя по тому, как заведена парочка, спектакль обещает быть грязно-откровенным. На большее эти двое не способны.

Хреновая ситуация! Хуже может быть только если тебя за чем-то подобным застукают родители.