Хрупкое сердце
У Алисы Снежной слабое сердце. Для ее друзей это тайна, поэтому она избегает излишних волнений и встречается с парнем, к которому не испытывает сильных чувств. Так легче бороться за будущее и не казаться всем бесчувственной и холодной. А еще так легче соврать себе и не влюбиться в лучшего друга младшего брата – парня с дерзкой ухмылкой и наглыми чернильными глазами, способными растопить лед и уничтожить любую защиту.Руслан Марджанов привык получать от жизни все, что хочет и ни о чем не жалеть. Ему нравится играть с людьми и следующая его цель Алиса. И пусть он говорит, что для него она не игрушка, однажды, сломав ее защиту, он может разбить и сердце…Вот только чьё?
– Алина, возвращайся к подруге. Ничего не происходит. Считай, что общий вечер для нас закончился. Найди себе кого-нибудь другого для компании. Я занят!
– Ты серьезно?
– Еще как.
Мне не приходится снимать с себя руку девушки, она отпускает меня сама, отпрянув и сердито поджав губы.
– Да пошел ты, Марджанов…
– Просто уйди.
Но она тут же шагает назад.
– Руслан!
Черт! Вот почему я терпеть не могу отношения больше двух-трех встреч, из-за таких вот невнятных сцен. Когда вроде ничего не должен, а чувствуешь себя последним дерьмом. Особенно, когда приходится приводить подруг в чувство.
Я бы и сейчас это сделал, если бы не момент, совсем не подходящий для ссоры, и обстановка.
Я беру девушку под спину и отвожу к дальнему ряду стульев, где уже сидят Сергей и Лариса. Сам сажусь возле Хмельницкого, не собираясь другу ничего объяснять – благо Хмель давно меня знает и вопросов не задает. Сижу напряженно, ощущая, как каменеют плечи.
Кошельки из первых рядов ценят свое время, и самые дорогие лоты распродаются первыми. Я не слышу ни самих торгов, ни озвученных сумм. Я только вижу, как встает Снежная и идет к выходу.
Сам тут же встаю и направляюсь за ней следом, не спеша догнать. Впитываю взглядом каждое движение ее тела, вспоминая походку, фигуру и удивительный цвет волос… Чувствуя, как тоска грызет душу от понимания, что скучал.
Она идет к гардеробу, берет сумочку и плащ. Накинув на себя последний, торопливо направляется к выходу. Здесь точно не стоит устраивать сцен, и я молча беру свою куртку. Ускоряю шаг у входных дверей, чтобы ее догнать.
– Алиса, стой!
– Уходи!
Она практически выбегает на улицу, оказавшись на площадке перед зданием. Здесь стоят припаркованные автомобили и такси. Поднимает руку, привлекая внимание курящего у машины таксиста.
– Я заказывала на это время, можем ехать!
– Виноградный переулок, дом семнадцать?
– Да!
– Прошу, девушка!
Водитель успевает обойти капот своей машины и распахнуть дверь, но не получить пассажирку. Я решительно захлопываю дверь перед Алисой и обхватываю Снежную за талию, удержав возле себя.
– Она не едет.
– Чего это? – таращится мужик, впрочем, вполне дружелюбно.
Он и не такое видел, а мы вышли из здания одновременно. Так что мало ли, кто мы друг другу. У меня слишком мрачная физиономия, чтобы с таким связываться.
– Она едет со мной. Держи, шеф!
Я достаю из кармана бумажник и даю таксисту крупную купюру. Он тут же ловко перехватывает ее из моих пальцев и отходит. Не дожидаясь, пока такси уедет, поднимаю Алису на руки и несу к своей «Тесле». Разблокировав замки, усаживаю девушку внутрь, пристегиваю ремнем к креслу и захлопываю дверь.
И только потом сажусь в автомобиль сам.
Застываю, глядя перед собой, до боли обхватив пальцами руль.