Мне все равно

- Перестань, ну правда…

- Лер, давай так, сразу, мужскими вопросами занимаюсь я, лады?

- Что?

- Мужские дела – мои дела. Ответственность за них на мне. Я не знаю как у вас в семье, но у нас так. Мужчина – главный, и…Ну, не в том смысле, что все слушают и подчиняются, просто серьезные проблемы, моменты, решает он.

Мы сидим в моей комнате, Да Винчи поехал домой, Коршун попросился остаться у нас – храпит в гостевой.

А я все еще никак не могу успокоить мою мышь.

- Зачем я вообще пошла на этот праздник.

- Да уж. Почему скрыла, что у тебя температура? Что за детский сад, а, малыш? Ну, ты же могла… Могла такие осложнения получить! У тебя же предки врачи, что ж ты…

- Ром, я больше не буду. Только…

- Что?

- Ты тоже не будешь, ладно? Не будешь трогать этих… Просто не марай руки, ладно?

- Не марай… прикольно звучит. У меня прабабушка так говорила, не марай, замарай…Я мелкий, не догонял, что это значит.

- Нормально звучит. Ты с темы не соскакивай. Ром!

Она выпрямляется, почти выдергивается из моих объятий, смотрит серьезно.

- Ты же хочешь быть со мной?

В смысле? Сейчас вот реал не понимаю, о чем. То есть?

- Ультиматум ставишь?

Молчит, не дышит почти.

- А если да?

Та-ак… Весело.

- То есть ты меня бросишь, если я за тебя вступлюсь? Что-то… как-то не клеится, мышь, а?

- Ром, я просто…

- Хватит, Лер, просто, просто… Не просто! Все понимают, что я не могу это так оставить. Если бы ты умерла…

- Я живая! И ты нужен мне живой, как ты не понимаешь!

- Погоди…

- Нет, ты погоди… - теперь дышит активнее, и дрожит.

Да твою ж…Чёрт, понимаю, что не стоило вспоминать о смерти, для неё это триггер, впрочем, как и для меня.

– Я живая хочу, чтобы ты был со мной, понимаешь? Мне плевать на месть, на ваши дурацкие пацанские законы! Плевать! И на то, что мужчина что-то там решает – тоже плевать! Я хочу дальше жить и быть с тобой!

- Так ты и будешь жить! И со мной! Только кто-то будет знать, что есть вещи, за которые надо ответить!

- Ты меня не слышишь просто!

- Слышу! Ты хочешь, чтобы я тупо слился? И все будут думать, что мою женщину можно «опустить», а я буду как лох тихариться…

- То есть тебе важнее, чтобы тебя за лоха не приняли?

Чёрт… да что ж такое!

Мы уже не обнимаемся, и даже не сидим рядом. Стоим друг напротив друга. Как бойцы на ринге.

- Лер…

Протягиваю руку, чтобы обнять, но она уворачивается.

- Лер…

Дорожки слез, как трафик моей ничтожности,

Перекошенный рот, да нафиг такие сложности!

Обними, поцелуй услышь – больше ничего не надо!

Только не превращай нашу жизнь в филиал ада…

- Лер…

- Мне просто страшно, Ром… очень страшно. За тебя, за нас, за всё…

- Не бойся, пожалуйста, маленькая, не бойся! Пока я с тобой, не бойся…

- Пока ты со мной? Пока?

- Всегда… я буду с тобой всегда."

"Обнимаю, прижимаю, как приз безысходности.

Между нами молнии чувств разряды высокой скорости.