Мне все равно

Поднимаю руку, беру Миронову за запястье, сжимаю с силой, стараясь отвести ее лапищу от себя. Продолжая смотреть прямо с глаза.

- Слышь, Мирон, она по ходу «рили крейзи», больная! Не связывайся с ней. «Мочканет» еще!

- Я её сама «мочкану».

Из зала раздается противный звук судейского свистка. Снова заглядывает Сёмина.

- Ну, девки, ну, быстрее! Пойдем!

Миронова резко толкает меня, спиной впечатываюсь в стену. Больно. Но пофигу.

Потом неожиданно выхватывает у Дунаевой бутылку с какой-то ядовито-красного цвета газировкой и выливает прямо на меня.

Вот же, с…

- Умойся, грязь, воняешь…

Просто, прекрасно! Тварь… Стою, обтекаю. Так неохота было в душ, теперь придется.

Почти всё это бабье братство ржет надо мной. Срываю майку, вместе с ней спортивный лифчик, мокрый и липкий от сладости, бросаю на лавку. Хватаю полотенце.

- Действительно, надо умыться, после твоих поганых лап.

- Что?

Но ответить Мирон уже ничего не может, так как свисток Конора под самой дверью.

Иду в душ. Хорошо. Жаль, что вода не может смыть все, что хотелось бы. Не может оставить меня чистой. Такой какой я была еще год назад…

Не думать, Лерка, не думать…

Еле удается унять дрожь в руках.

Выхожу из душевой.

Моей одежды в раздевалке нет.

Усмехаюсь. Да уж! Как тупо! Больше ничего придумать не могли? Примитивные создания. Одноклеточные, блин…

Хорошо, хоть в кабинку я пошла в трусах.

Эти тупые овцы думают, что меня это остановит?

В руках у меня влажное полотенце, оно небольшое, не банное, грудь, конечно, им прикрыть можно, вопрос – нафига?

Смотрю на себя в круглое зеркало, висящее на стене, и выхожу в зал нарочно хлопнув дверью.

Шоу маст гоу он…- шоу должно продолжаться.

* * *В зале шумно, класс сидит на скамейках - девицы болтают, парни ржут что-то бурно обсуждая, физрук Конор пытается их всех переорать, дует в свой свисток. Он любит после игры еще минут пятнадцать мозги компостировать. Особенно, когда «физра» последним уроком.

Все уже переоделись в форму. Она тут красивая, стильная, и сначала мне очень понравилась, а теперь… теперь бесит. Бесит, что меня принимают как часть этого убогого мажорского гетто.

Рюкзаки сброшены на пол, или стоят на коленках. В одном из этих рюкзаков моя одежда…

Выхожу в центр зала.

Тишина наступает мгновенно, словно их выключили."

"Только слышно чей-то удивленный непечатный возглас.

Конор пялится на меня, вижу, как его лицо покрывается пятнами.

- Ты… Щеп… Щепкина, ты ополоумела? Ты что себе позволяешь?

- Бесплатный стриптиз, - громко выдает кто-то из стада, и остальные грохают, начиная ржать.

Я спокойно делаю несколько шагов, выходя в центр.

- Щепкина… ты…

- У меня украли вещи.

- Ты… немедленно вернись в раздевалку! – физрука даже жаль, мужик в панике, не вдупляет, что делать.

- Мне нужны мои вещи.