Клятва рыцаря

Однако он не мог заставить страдать и Изабель. Она не заслуживала этого. И сейчас Кормак уже не был уверен, действительно ли он лгал ей. Ему было необходимо время, чтобы разобраться в собственных чувствах, но он был лишен такой возможности.

— Элспет, нам надо поговорить, — сказал он, бросив взгляд на Изабель, когда та встала.

— Полагаю, нам больше нечего сказать друг другу, — холодно проговорила Элспет.

— Ну почему же, детка, — вставила Изабель, поправляя платье и давая тем самым понять, чем она и Кормак занимались перед приходом Элспет. — Я пока оставлю вас. — Она коснулась губ Кормака легким поцелуем, мысленно проклиная его откровенное пренебрежение. — Сообщи мне, когда освободишься, любовь моя, и мы снова встретимся.

Элспет с трудом сдержалась, чтобы не подставить подножку Изабель, когда та проплывала мимо. Самодовольный вид победительницы едва не заставил Элспет пронзительно закричать. Изабель выиграла, и они обе понимали это."

"«И что же выиграла эта женщина?» — подумала Элспет, взглянув на Кормака, и сердце ее наполнилось гневом, оттеснив боль на второй план. Он просто слепой глупец. Она была готова отдать ему все, что только может пожелать мужчина, и все же Кормак продолжает цепляться за Изабель, которая только играет с ним. Он не мог нарушить свою клятву, считая ее долгом чести, а Изабель столько лет ловко пользовалась этим, чтобы удержать его при себе. Элспет подумала также, что и она поступила очень глупо, пытаясь переубедить человека, который, вероятно, продолжал бы верить в то, что Изабель — невинная жертва, даже застав ее с окровавленным кинжалом в руке. И только из-за слепоты он считал своим долгом свято блюсти клятву, данную женщине, которая понятия не имела, что такое честь.

Кормак проклял свою слабость, когда, встав с кровати, обнаружил, что не может твердо держаться па ногах. Ему не следовало так изнурять себя прошлой ночью, тогда он смог бы уверенно передвигаться и попытался бы удержать Элспет. Вместо этого ему оставалось надеяться только на силу слов, веря в свою способность успокоить ее. Однако ему пришлось отказаться от этого намерения, когда Элспет начала собирать свои вещи.

— Что ты делаешь? — спросил Кормак.

— Я ухожу, — ответила она, засовывая свое скромное имущество в небольшой мешок.

— Нам надо поговорить, Элспет.

— О чем?

— О том, что ты видела и слышала.

— Я видела и слышала, как старые любовники возобновили свои отношения. Я поняла также, что ты не можешь нарушить свою клятву десятилетней давности, хотя многое уже изменилось за эти годы. Что же тут неясного?

Кормак провел рукой по своим волосам.

— Я вовсе не возобновил любовную связь с Изабель.