Клятва рыцаря

Она понимала, что ей будет трудно изгнать эту женщину из его мыслей, особенно теперь, когда нет возможности заставить его забыться в ее объятиях. Оставалось слишком мало времени, чтобы завладеть его сердцем и мыслями, а потому нельзя было упускать ни одной минуты."

"Элспет нашла его неподалеку от места их привала. Кормак стоял, прислонившись к сучковатому дереву, и смотрел на болота. Очевидно, он услышал ее шаги, потому что, не оборачиваясь, протянул ей руку. Элспет взяла его за руку и слегка вскрикнула от удивления, когда он привлек ее в свои объятия.

— Я решила только посмотреть, где ты предпочитаешь дуться, — сказала она.

Кормак взглянул на нее, и губы его раздвинулись в улыбке, когда он увидел игривое выражение ее лица.

— Ах ты, негодница! Да я вовсе не дуюсь!

— Ну конечно, нет.

— Я просто подумал, что лучше мне уйти, чем разбивать друг другу носы.

— Да, это действительно лучше.

— Никто не отправился вслед за тобой?

— Пол, очевидно, считает, что надо поберечь свой нос, а Оуэн остался со спящим Мадди, которого я пристроила ему на колени, — Она улыбнулась, когда Кормак засмеялся. — Оуэн понравился Мадди.

— Каким счастливым должен чувствовать себя Оуэн К сожалению, мы все-таки нуждаемся в защите друзей, — тихо добавил он серьезным тоном.

Элспет улыбнулась, прижавшись к его груди. За последние три дня Кормак не раз старался убедить себя, что неразумно отказываться от помощи друзей. Она чувствовала в нем желание и сама возбуждалась, но у них не было возможности уединиться. Несомненно, сейчас он думал только о ней и желал ее, хотя пришел сюда, обидевшись па сказанные друзьями в адрес Изабель нелестные слова.

— Проклятый сэр Колин! — пробормотал Кормак хриплым голосом, а руки его скользнули вниз, обхватили зад Элспет и крепко прижали ее к себе.

— Его нет здесь сейчас, — прошептала она, вставая на цыпочки и целуя его в подбородок.

— Верно, — согласился он, потеревшись о нее и подумав, что нет смысла так мучить себя.

— И друзей твоих здесь нет.

Кормак взял ее за подбородок. В ее глазах светилось такое же желание, какое не давало ему покоя по ночам. Он почти ощущал его пульсации в ее хрупком теле, и в нем тоже вспыхнула страсть. Прежде, чтобы погасить такие вспышки, ему было достаточно переспать с какой-нибудь женщиной, и он надолго успокаивался. Но с Элспет все было по-другому: каждый раз, насытившись любовью, он желал ее еще больше. Прошедшие три дня, когда он не смел дотронуться до нее, были для него настоящей пыткой.

Кормак огляделся вокруг. Элспет права — они были совершенно одни и ничто не предвещало опасности. Он снова посмотрел на нее, и она взволнованно облизнула губы. Тогда он с тихим стоном прильнул к ее губам.

«Какая неистовая страсть», — подумала Элспет.