Клиника одиночества

А если вдруг этот обормот что-то о себе вообразит, у нас достаточно воспитания и такта, чтобы поставить его на место одной вежливой улыбкой.

А может, она вообще замужем! Скорее всего. Откуда иначе у нее деньги, ведь на бизнес-леди она совершенно не похожа.

Стас закурил новую сигарету. Мечты никогда не сбываются. Пора бы знать. И хватит уже жить рабом своих желаний. Пора остепениться и понять, что человеку нужно для счастья не бессмысленное томление духа, а надежная и верная жена одного с ним круга. Все эти Любы и свидания в беседках не больше чем последние судороги духа перед утратой свободы.

Нет, это просто смешно. И правильно он получил от Любы щелчок по носу. «Здравствуйте!» Стас скосил глаза и изобразил жуткую улыбку: мол, кто вы такой, молодой человек? Как вы вообще могли подумать, будто я приняла всерьез ваши приставания? Где я и где вы!

Вот и хорошо. Теперь он свободен.

Стас пошел в общежитие, там принял душ и побрился. По дороге к Вариному дому купил скромный букет и бутылку вина. На душе было не слишком радостно, но предложение делают один раз в жизни. По крайней мере хочется в это верить.

Варя мыла окно. Стас с улицы заметил ее легкий силуэт.

– «Эта женщина в окне... в платье розового цвета... утверждает, что в разлуке невозможно жить без слез...» – пропел он строчку из песни Окуджавы и помахал Варе.

Она опустилась на корточки."

"– Привет! – Варя жила на втором этаже, можно было даже не кричать. – Ты не говорил, что придешь.

– А вот пришел.

– Хорошо. – Махнув ему рукой, она спрыгнула с окошка в комнату – открывать дверь.

Она выглядела весьма сексапильно в обтягивающих штанах по колено. И легкая косынка, под которую Варя убрала волосы, очень шла ей.

– В таком виде... – войдя, он первым делом обнял ее, – выставлять себя на виду всего двора... Я ревную.

Варя отстранилась:

– Нет, не трогай меня. Я вся пыльная.

– Ничего страшного. Дай-ка мне какие-нибудь спортивные брюки и майку, я помогу тебе.

– Правда? Вот здорово! И что ты будешь делать?

– Подержу тебя, чтоб из окна не выпала.

Стас обнял ее крепко, уверенно устроил ладони на попе. Это родное, до каждой клеточки знакомое тело...

Дурачась, Варя дала ему собственные невообразимо лиловые штаны и голубую майку со стразами. Они быстро справились с окнами, потом Стас повесил занавески. Обоим работалось весело, легко, и Грабовский подумал, что и жить они будут так же.

– Варь, а ты за меня выйдешь? – спросил он, спрыгивая со стремянки.

Она кокетливо улыбнулась и промолчала.

– Я серьезно спрашиваю.

Он сложил стремянку и, с трудом развернув ее в узком пространстве коридора, убрал в кладовку.

– Что это ты вдруг? – засмеялась Варя.

– Почему – вдруг? Мне казалось, это само собой разумеется. Ты же давно знаешь, что я хочу на тебе жениться.