Ключи судьбы

 – Божанка, ломотна трава, да забери ты его с глаз долой, гостям покоя нет!

Подбежала невестка и подхватила дитя – но тоже без особой любви.

– Что это твоя баба его песьим сыном кличет? – хмыкнул князь. – Не ваш он, что ли?

– Да какой он наш, когда песий! – Дубояр развел руками. – Ты через двор шел, отца его видал, он брехал на вас…

– Что ты? – Етон вспомнил остроухого серого с белой грудью пушистого пса во дворе. – Байки сказываешь! Не может пес дитя человечье родить!

– Да он же у тебя кобель! – хмыкнул Думарь, Етонов телохранитель.

– Родить не может, а приволочь может.

Уж лета три тому. Был я тогда в лесу, жарынь новую смотрел, – с охотой принялся рассказывать Дубояр – видно, что не в первый раз. – И Серый мой со мной, бегал, вевериц гонял. Прилег я отдохнуть под березой, слышу, он брешет. Да лень вставать – побрешет, думаю, перестанет. По голосу слышно, не зверь какой, а так. Может, нашел чего. Он и правда, побрехал и унялся. Смотрю, идет – и дитя несет мне, в пеленках мокрых. Дитя плачет, а пес довольный – гляди, добыча! Я вскочил да и бежать – думаю, там женка мечется глупая, дитя проспала. Березняк весь обегал – нету никакой женки. Кричал, звал, аж охрип – тишина. А надо уж домой идти. Понес его домой, думаю, там еще поищем. У нас в Гаврановой все мальцы у матерей при себе. Дали невестке кормить – она два года как родила, уж своего хотела отнимать. Искали по волости – никто ни дитя, ни бабы не терял. Не нести же его в лес назад – так и оставили.

– И не проведали, откуда взялся?

– Так и не проведали. – Дубояр опять развел руками. – Бабы толковали, что, может, дивья жена[5] родила да нам подбросила… так и прозвали Вещаком[6].

– Да там она и была, дивья женка, да ты ее не разглядел! – вполголоса напомнила его собственная жена, видимо, о том, о чем уже не раз говорила.

 – Дивью жену только тот может видеть, кто в полнолуние родился. То-то потешалась она над тобой, на березе сидючи…

Но Дубояр махнул на нее рукой:

– Так променыши, подверженцы[7], они уродливые, а этот ничего вроде… видел я и пострашнее младенцев. Хвоста нет, уши как у людей…

– Дай-ка поглядеть! – полюбопытствовал Етон.

Кликнули невестку; та привела дитя. Мальчика поставили перед Етоном. Тот повертел его, придерживая костлявой рукой за плечико, заглянул в лицо, в бойкие глазенки, коснулся спутанных, тонких светлых волос.

Мальчик вдруг вытянул ручку и едва не схватил князя за нос – хозяева охнули, а Етон засмеялся:

– Ишь ты! Не боится меня!

– Хоробром вырастет! – хмыкнул Думарь.

Велев увести мальца, Етон в изумлении покачал головой.

– Вот так басня! Третий век живу, а не видал, чтобы пес дитя родил…

Хозяин засмеялся, потом махнул рукой:

– Да по нему и видно, что песий сын. Крепкий, как бычок, да задора такой, драчун. Упрямец растет.