Ключи судьбы

Может, она и того не прочь… Не зря же от мужа старого избавилась у всех на глазах…

Но нет, так нельзя. Даже если она не прочь… Величана слишком еще молода. Совсем почти девка. А Лют был на десять лет старше и куда лучше понимал жизнь – особенно жизнь того, на ком лежит пятно.

И все же сын Свенельда в Киеве – не в поле обсевок. Как муж он достойнее Алдана. Лют почти видел Величану у себя в доме – спокойную, красивую, ничего не боящуюся, раздающую приказы челяди… Разумная и домовитая Ута двадцать лет отлично вела Свенельдов двор, и с ее отъездом он осиротел.

Теперь им нужна настоящая хозяйка, наученная вести большой дом, следить за людьми и припасами. Обе Лютовы младшие жены привыкли жить в подчинении Уте, но ни одна не могла ее заменить. Ни одна не была вхожа к Эльге – родом не вышли, да и древлян княгиня не любила. Уж Величана, равная ей происхождением, могла бы достойно встретить киевскую княгиню, вздумай та по старой памяти навестить Свенельдов двор.

Но теперь Величана – добыча Святослава. И увозить ее больше нельзя, за это никто его не похвалит. Надеяться можно только на милость – не князя, но его матери.

Величана будет жить у нее на дворе. Возможно, со временем получит ключи и будет всем распоряжаться. А ключница – должность важная, но для рабынь… И от объятий Святослава, приди ему в недобрый час такая прихоть, это не защитит. Не только бывший муж Величаны, но и отцовский род ее будет опозорен.

Но сейчас рано об этом думать, одергивал себя Лют. Они приедут в Киев, передадут Величану Эльге. Пусть пленница обживется, оглядится… Может, у Эльги обнаружатся какие-то замыслы на ее счет, какие им пока и на ум не взойдут…

Сегодня Величана больше не покажется – служанки переоденут ее и уложат спать.

Но Лют не уходил, все сидел на траве перед шатром, как привязанный, чтобы быть поблизости, если вдруг понадобится. Шатер молчал, но Люту несла удивительную отраду мысль, что у Величаны, спящей вот за этим грязно-белым шерстяным пологом, сейчас на всем свете нет человека ближе его.

* * *За Веленежем началась Деревская земля. После того как Величана разорвала свой свадебный рушник, Лют оттаял и разговорился. Придя в себя, Величана застыдилась своего порыва, но и радовалась, видя, что ее лихорадочные поцелуи помогли Люту оттаять.

Целыми днями их лошади шли рядом, и Лют рассказывал ей о тех временах, когда этими краями владел его отец, воевода Свенельд. Лют родился в Киеве, но Свенельд еще до завершения войны с греками перевез двух младших жен и их детей в свой городец близ княжеского Искоростеня. До семнадцати лет, до гибели отца и начала Деревской войны, Лют рос в тех местах.

Своим отцом Лют гордился, и неудивительно.