Ключи судьбы

И в этом тоже была ее любовь…

Гостье не приходило в голову, что госпожа этого города ожидает встречи с не меньшим волнением."

"– А что, если ты правду сказал? – шепнула Эльга Мистине, сделав ему знак наклониться к ней. Она сидела на своем престоле, а он стоял рядом, как один из золотых львов у ступеней Соломонова трона в царьградском Большом триклине. – Что, если Святша ее в жены взять хочет? А у нас тут еще греки!

Она не хотела верить в такую нелепость, но сейчас, когда ей вот-вот предстояло увидеть эту деву из преданий, самый невероятный поворот казался возможным.

И особенно – самый неприятный. После минувшей осени из души еще не выветрилась склонность ждать, что все пойдет по самой кривой дороге.

Едва увидев Величану, Эльга уверилась: ее опасения сбылись. Первым вошел Олег Предславич, но Эльга лишь бегло глянула на него. Позади него мелькнуло юное женское лицо, и при виде него Эльга сильнее выпрямилась на куньей подушке и невольно подалась вперед.

Как хороша! Эльга повидала немало красивых женщин – и в Киеве, и в Царьграде, – но лицо Величаны и восхитило, и поразило ее. Гостья имела отчасти утомленный и взволнованный вид, но и сейчас красота этого высоколобого свежего лица, врожденное гордое достоинство подавляли прочие чувства.

А глаза! Когда Величана подняла глаза, Эльга едва не ахнула. Эта дева – лесное озеро, когда в нем отражаются белые облака, а розовые метелки «огненной травы» склоняются над водой… Уж не из воды ли ее выловил Етон и взял в жены, понадеявшись, что берегиня даст ему новых жизненных сил? А она выпила и те, что оставались, – сколько есть об этом преданий…

И эта вила была одета в зеленое крашеное платье с золочеными наплечными застежками, украшена дорогими уборами, что не пристало недавней вдове.

Скорее она напоминала новобрачную. И Эльга едва не прижала ко рту ладонь, испуганная мыслью: Святослав уже взял ее в жены и именно в этой сути прислал к своей матери… Не диво, если от вида такой красоты он утратил разум.

Но что теперь будет с семьей! Прияна! Гордая и упрямая смолянка, мать Святославова первенца, никогда не вернется сюда, Эльга никогда не увидит своего старшего внука! А смоляне, оскорбленные нарушением договора, разорвут ряд, и это чревато новой войной на верхнем Днепре.

Горяна! Ей вот-вот предстоит родить; от таких новостей у нее могут начаться роды до срока и свести ее в могилу вместе с ребенком. Да и выживи она – как она, правнучка Вещего, перенесет это новое несчастье: быть отвергнутой мужем ради другой? Против воли Горяну вовлекли в брачный союз со Святославом, но подобный унизительный разрыв только усугубит зло. Ни Христос, ни чуры не простят им, потомкам Олега, позора вражды внутри рода.