Княжий венец

Уже было приготовился сделать шаг в их сторону, но потом заметил зеленый «рысиный» плащ. А уж признав в лицо жену самого верховного волхва, опустил глаза и торопливо зашагал прочь. Да уж, умения Рысей отпугивали самых похотливых. Потому как после тумаков от девочек к наглецам могли заявиться парни из молодой княжьей дружины. А уж эти бы живого места не оставили за младшеньких воспитанниц Яры, которых они воспринимали как сестер. Удивительное боевое братство случилось между двумя дружинами. Почище кровного.

Но Тамирис этого не знала. Закутанная в подбитый мехом плащ, она с любопытством оглядывалась по сторонам. Город разительно отличался от ее родного. Там в степи, с древесиной было плохо, поэтому все дома были глинобитными или из кирпича-сырца. А крыши, в отличие от местных, были плоскими, на них удушающими летними ночами стелили ковры и спали под открытым небом. Дома более знатных горожан украшались, в основном, изнутри. И только дворец повелителя в Алтын-дагаш был облицован мрамором, белизной режущим глаза на ярком летнем солнце. Здесь же, в Миргороде, строения были деревянными – резными и воздушными. Среди них даже дышалось легче.

Тамирис понимала, что сейчас они идут по району знати, где дома на порядок лучше, чем у простых горожан. И все равно хотелось останавливаться у каждого дома, вглядываясь в затейливую резьбу на столбах ворот или деревянных ставнях.

Алтын-дагаш – валорская столица, тоже располагался на реке, был торговым и шумным. Но из-за близости к морю пах иным – рыбой, солью, специями. Удивительно, но Миргород даже звучал по-другому – говор местных жителей был тихим и мелодичным. Южные жители более эмоциональные и шумные, а здесь даже торговые ряды шумели тише, чем она привыкла. Хотя гуляющий меж лавками народ тоже толкался, жевал и глазел, но миргородцы казались более степенными, даже хладнокровными. Тамирис любовалась лицами горожан, которые можно было беззастенчиво разглядывать. Потому что здесь было принято смотреть друг другу в глаза, не опуская их, как у нее на родине. И хотя здешние замужние женщины тоже покрывали платками головы, но никто лиц не скрывал и в темных балахонах не шастал. Все другое. Совсем. Но ей нравилось. Она чувствовала, как осторожной поступью проникает в ее сердце Миргород, чтобы остаться там навсегда.

С удивлением Тамирис смотрела не только на лица горожан. Потрясли вымощенные камнем центральные улицы. Да, в районах победнее и дальше от центра оставались деревянные настилы, но детинец – район знати и центральные площади – сплошь были покрыты брусчаткой. Лера заметила интерес подруги, которая даже притопнула по гладкому камню.

- Здесь осенью слякоть и грязь непролазная. Без каменных мостовых – никуда.

- Но ведь это дорого. Зачем?

- Князь так решил.