Княжий венец

В открытую, беззастенчиво рассматривала лицо любимого мужчины, впитывая каждую черточку. Нет, не прожить без него ни за какие сокровища мира. Хоть и характер несносный, властности хоть отбавляй – а ей никого другого не надо. Только он. Который смотрит сейчас проникновенно, до дрожи в коленках.

Смотрит, а в его красивых глазах столько любви, что впору задохнуться от счастья. Любит! Все-таки любит. Пусть только попробует снова отказаться от своих слов – свет его глаз всю правду расскажет.

О, Небо как же оглушительно любит она! Хочется кричать об этом чувстве на весь мир! Да ради него она пролетит над бездной и станцует на углях! Велеслав напряженно смотрел в любимые фиалковые глаза, ожидая ее решения. Тами ткнула пальцем в широкую грудь.

- Ты! Никогда более не будешь сомневаться во мне!

- А ты не будешь ничего скрывать, - с хитрой улыбкой князь перехватил ее ладонь и поднес к губам.

- Ты говорил, что не прощаешь обмана. Я сказала, что Тьма не дает второго шанса. Что нам теперь с этим делать?

В уголке его губ появилась крошечная улыбка.

- Признать, что оба ошибались?

- Я не люблю ошибаться.

- Я тоже. Но тебя я люблю гораздо больше, птичка моя, – он взял ее ладонь и поднес к лицу. Мягко поцеловал центр ладони и потом потерся о нее щекой, с блаженным вздохом, - я спустился за тобой во тьму, потому что ты мой Свет. Ты – свет моей души.

- А я пришла за тобой из тьмы, потому что без тебя мне и Свет не нужен.

Князь мягко привлек ее к себе, усаживая на колени. Губы потянулись к губам с радостным стоном. Он прижался к ней, теряя голову от нежности и упоительной сладости поцелуя. От того, как правильно ощущается тонкая талия под руками. А ласковые руки на шее – самое лучшее, что он носил. Думал нежным быть, да только кружит валорка голову, похлеще любого вина заморского. Оттого начал целовать ее жадно, раз за разом выпивая ее дыхание.

- Люблю слышишь? Только тебя люблю! Никого мне не надо, родная. Только ты навеки!

- И я тебя люблю! - смеялась и задыхалась ему прямо в губы, оглаживая его лицо, зарываясь в густые темные волосы. Закрыв глаза, позволяла целовать все, до чего дотянется горячий мужской рот.

- Как же скучал! С ума по тебе сходил от тоски. Жить не хотелось… - мужские губы спустились цепочкой поцелуев по точеной шее, горячий язык прошелся по выемке между ключиц. Пальцы начали расстегивать пуговицы на ее рубашке

- Леслав… остановись… там же твои люди... - прошептала Тамирис, невольно выгибаясь на встречу ласке. – О!

Сама пожалела, что попыталась остановить своего мужчину. Тело подрагивало в предвкушении удовольствия, что подарит только он. Все вокруг становилось неважно, только его руки и губы. С глухим рыком Велеслав остановился, уткнувшись лбом в место, что целовал.