Когда правит страсть

Вместо этого она поинтересовалась:

– Вы действительно охотитесь здесь с луком и стрелами, а не с ружьями?

– Я никогда не был свидетелем того, чтобы от выстрела сошла лавина, но к чему испытывать судьбу, когда овладеть луком так же легко, как и ружьем?

Будь это так легко, Паппи обучил бы Алану этому искусству, но другая мысль заставила ее глаза сверкнуть, и она обратилась к Кристофу:

– Значит, сегодня из-за тебя могла сойти лавина?

– Разве у меня был выбор? Но не волнуйся, для лавин еще слишком мало снега.

– Кто мог стрелять в этих местах? – спросила Элла.

 – Мы здесь никогда не слыхивали о нападениях разбойников с большой дороги. Мятежники?

– Враги короля – мои враги. Они уже давно избрали меня своей мишенью.

– Мне совершенно необязательно знать об этом, – отрезала Элла.

Кристоф ей улыбнулся:

– Тебе не о чем волноваться. Ко мне подсылают всякую безобидную шваль. Но сегодня трудно сказать, на кого охотились – на меня или… на нее.

При этом он почти соприкоснулся плечом с Аланой, и она поспешно отодвинулась. Чего он добивается, ведя себя с ней столь фамильярно в присутствии семьи? Особенно после того, как их застали целующимися!

– Почему на нее? – удивился Хендрик.

– Алана тоже мишень, – сказал Кристоф. – Но это долгая история и секрет, предназначенный для избранных.

Элла возмущенно подняла брови:

– С каких это пор твоя семья не принадлежит к числу избранных?

– Не спрашивай, – только и ответил он, но так твердо, что мать кивнула и сменила тему, полюбопытствовав:

– Как поживают Фредерик и Никола? Что интересного происходит при дворе?"

"– Королева крайне обеспокоена ситуацией с мятежниками, но все же она снова устраивает приемы.

 – Кристоф повернулся к деду. – Кстати, вдова Эрнеста Браслана недавно обедала с королевской четой и спрашивала о тебе, дед. Ей не хватает твоего… э-э, чувства юмора.

Кристоф произнес это так многозначительно, что всем стало ясно, что вдова скучает вовсе не по юмору, и Хендрик расхохотался, кивая головой:

– Я и сам подумывал возобновить наше общение, но Норберт Стралланд уже занял место кавалера Оберты, а я в своем возрасте не способен состязаться с этим старым козлом.

– Похоже, она прокладывает дорожку к сердцу Фредерика в надежде, что он назовет ее внука Карстена своим преемником.

Постоянно хвастает его достижениями.

Эллу эти новости удивили.

– Это, несомненно, разрешило бы множество проблем, но разве Карстен не следует по стопам своего распутного отца?

Кристоф рассмеялся:

– В последнее время он, похоже, исправился и, хотя не забросил своих девиц, все же производит хорошее впечатление как человек, проникшийся ответственностью за свою семью и стремящийся завоевать сердца простых людей.