Когда сядет солнце

И это чуть не закончилось печально для нашего Рода. Император сам женился на выбранной им женщине, и нас принуждать ни к чему не станет, а примет наш выбор. Мой – очевиден, – несколько огорашивает он меня.

Но-но… Замуж я никак не собираюсь. Даже за такого видного мужчину. Тем более, учитывая его властную натуру. Нет, я не сошла с ума, совершать подобные глупости. Сама не замечу, как засяду дома с детьми. Про операционную и исследования можно забыть.

Нет, нет и нет.

Ничего не изменится, как же! Так и ринулся делать своих маленьких шайрасов. Благо я позаботилась об уколе контрацепции, когда почувствовала это неадекватное влечение, и проверяла гормоны и химические вещества в крови.

Решила, чем черт не шутит. И воспользовалась богатой аптечной номенклатурой Аруны. Повезло, что они имеют дело с людьми, и на звездолете был нужный мне препарат. Не особо полезно для здоровья, но вряд ли кучка маленьких наагов мне его сохранит. А мои драгоценные нейроны? Их требуется беречь как зеницу ока.

И как быстро он должен жениться? Есть какие-то сроки? Нужно выяснить и это.

Как и про Правящую семью. Я, конечно, кратко прочитала про Императора, но в подробности не углублялась, тем более меня не интересовали его дети, просто узнала про трех сыновей и дочь.

Какая мне разница? Я и про Президента Земной Коалиции таких тонкостей не знаю. Есть у него две дочери, и отлично. У меня других забот хватало. И интересов.

Опять зарылась в медицину и упустила важное, получается. Если бы Эвордашш не заболел, у меня было бы больше возможности для изучения. Но не факт, что я бы сосредоточила свое внимание именно на этом.

А вот этот змий тиранистый мог со мной поделиться. И чего я еще не знаю?

Важного.

Голова разболелась. Надо лечь, полежать, ночью почти не спала, и теперь это…

Задумавшись, снимаю рубашку и лиф. Так, а пижамы у меня здесь нет. Надеваю рубашку обратно.

– Рай?

– Сразу предупреждаю, я еще зла на тебя и расстроена. Никакого секса не будет. Я просто хочу лечь, голова болит. И я не выспалась, – зыркаю говоряще, понятно же из-за кого у меня нарушения сна.

– Я побуду с тобой. Обещаю только обнимать.

Подавив досаду, соглашаюсь. Это его кровать. Порыв уйти к себе – такое ребячество. Нет, я останусь.

Как же сложно, все эти взаимоотношения.

Одной жить куда проще. На работе тоже часто все просто, есть задачи, и ты их решаешь. А сейчас я чувствую себя сапером на большом поле. Неуклюжим сапером.

Снимаю брюки, ныряю в кровать и накрываюсь тонким покрывалом, повернувшись к Шану спиной. Все равно мне нужно время остыть и уложить в своей голове.

Позади меня прогибается кровать, и ко мне прижимается горячее крепкое тело.

– Отдыхай, Рай, я буду рядом. Помни, что я никогда преднамеренно не обижу тебя.

– Ты мог бы рассказать все, Шан. Но умолчал.

– Согласен.