Мыльная сказка Шахерезады
Даша Васильева продолжает делать карьеру телеведущей и уже ничему не удивляется, зная – на телевидении встречаются те еще персонажи! Коллега обратилась к Даше с безумной просьбой – на время съемок в сериале поселить в своем особняке знаменитого актера Вадима Полканова. Сердобольная Даша не смогла отказать, и ее дом мигом превратился в балаган. Одним прекрасным утром на пороге нарисовалась милая девочка Катя – неизвестная дочка Полканова! Вадим быстро охладил ее пыл, заявив, что вообще не может иметь детей. А вечером перепуганная Катя позвонила Даше: ее мама призналась в обмане, пообещала поговорить с настоящим отцом и… пропала! Любительница частного сыска не бросит девочку на произвол судьбы, пусть даже по ходу расследования ей придется сниматься в сериале вместе с Полкановым в роли… собаки!
Если успешного завершения эксперимента Кости по перевоспитанию преступников никто не заметил, то выступления Егора наделали шуму. Средства массовой информации начали публиковать статьи о Булгакове. Одни называли психолога «фашистом», требовали его прилюдно расстрелять на Красной площади, другие активно поддерживали профессора и кричали:
– Правильно. Всех преступников надо переловить, закопать и дальше жить счастливо.
Егор неожиданно стал знаменитостью, его звали в теле– и радиопрограммы, брали у него интервью. В конце концов, на одном из каналов узнали, что Булгаков и Греков вместе воспитывались, и устроили шоу с участием ближайших друзей.
Глава 23
Первым маску толерантного, уважающего чужое мнение человека сбросил Константин. Он громогласно заявил:
– Не бывает генетических преступников.
– Ошибаешься, – со спокойной улыбкой возразил Егор. – Вспомни народную мудрость: яблоко от яблони недалеко падает. Желание уничтожить себе подобных может перейти к человеку от деда, бабки, дяди, тети, не обязательно от отца с матерью.
– Послушать тебя, так все вокруг потенциальные преступники, – взвился Костя.
Егор закинул ногу на ногу.
– Это нормально, когда мать кричит ребенку: «Я тебя за двойки утоплю», она не собирается в действительности лишать нерадивого чада жизни. Но я веду речь о других людях.
– Да любой человек может при определенных обстоятельствах убить своего ребенка! – гаркнул Константин.
– Нет, – отрезал Егор, – это невозможно.
– Еще как возможно, – наседал Греков.
Егор не отступал:
– Никогда, если среди его родственников не было убийц.
Костя неожиданно улыбнулся:
– Наш разговор из научной беседы плавно перетекает в ненаучный скандал.
– Что доказывает: мы обычные люди, отягощенные образованием, – подхватил Егор, – но наше происхождение и воспитание удерживают нас от банальной драки.
– Мне удалось кое-кого перевоспитать, – вновь разгорячился Костя.
– Не уверен, – поморщился Егор, – надо посмотреть, что будет с этими людьми через двадцать лет. И как поведут себя их дети.















