Копия жены по контракту

– Иди умойся, приведи себя в порядок, – сначала поднимает меня с колен, а потом отталкивает с пренебрежением. Сам же запускает руку в карман и достает оттуда что-то небольшое, железное.

Кажется, это называется кастетом. Продевает в прорези пальцы, разминает их, с сосредоточенным выражением на лице о чем-то думает. Он уже явно не со мной, где-то там, где он будет пытать Рахимова и бить его этим кастетом. На меня снова лавиной наваливается злость.

Вот зачем так демонстративно показывать мне то, что будет причинять Амиру боль? Он мог надеть эту штуку там, в погребе, а он делает это при мне!

– Ты пойдешь бить его, пытать? Можно с тобой? – выдыхаю сквозь слезы, сглатывая колючий ком в горле.

– Зачем? Тебе мало приключений на задницу? – спрашивает с отсутствующим видом, а я до боли втягиваю губу в рот зубами, бегаю по бильярдной глазами, отчаянно ищу выход из положения."

"– Рамиль, прошу, что я должна сделать, чтобы ты не убивал его?! – со слезами на глазах бросаюсь к нему, хватаюсь за рукав, тяну на себя.

Он легко отцепляет мою руку, оглядывая с ног до головы.

– Перестань истерить и унижаться.

Я могу получить от тебя всё, что захочу, просто так, даже не надо угрожать или что-то обещать взамен. Рахимов тебя не касается. Ты никак не можешь на меня повлиять, я всё равно пойду к нему.

– С Ланой ты тоже так разговаривал, да? – сокрушенно вздохнув, кричу ему в спину. – Тоже взял себе строптивую, яркую девушку, покорил ее, а потом угнетал и мучил, пока не сбежала? С ней тоже так разговаривал, словно она пустое место?

– Что ты имеешь в виду?

Ну вот, я заинтересовала его, удержала, но что я действительно имела в виду?

– Марьяна, у меня мало времени, – поторапливает меня он, уже держась за ручку двери.

– Об этом и речь, Рамиль, – взмахиваю я рукой, борясь с той болью, что полосует изнутри острыми лезвиями бритвы. Как я устала от равнодушия людей! – Ты заставляешь чувствовать себя незначительной, подавляешь. С тобой трудно!

– А должно быть легко? – усмехается он, скаля зубы, поигрывает кастетом. – Не понимаю, чего ты хочешь добиться, Марьяна. Я ничего тебе не обещал.

– Для меня то, что происходит между нами, это нечто большее, – осмеливаюсь сказать правду.

А вдруг поможет? – Ты – мой первый мужчина. Я не могу относиться к тебе равнодушно, не могу отдавать просто тело…

Он практически закатывает глаза с явным подтекстом: «Только этого мне не хватало».

– Тогда ты запуталась, девочка, – говорит не зло, но от этого мне не легче. – Сделала не ту ставку и не на того. Твое тело меня устраивает. А вот ты сама, то, что ты говоришь… – берет паузу, и я со страхом жду продолжения, но его не следует.

В дверь стучат, и я вздрагиваю, проклиная того, кто пришел.