Королевская кровь. Книга 7

То король Рудлога, Вельгин-Иоанн, встречал сына своего, Седрика, наконец-то вернувшегося домой. Пьян был король и радостен, а в глазах молодого наследника стыла трезвая тоска, и холод шел от него, выбивая облачка пара из ртов близсидящих людей. Схватил он золотую чашу с вином, выпил и заскрипел зубами, сминая драгоценный металл – и потекло расплавленное золото меж его пальцев.

– Значит, не хорош я им! – рявкнул он, наконец, – Отказали! Чем же я не хорош? Разве не честь для любой женщины стать моей женой?

– Отказали, да в утешение богатые дары прислали, – сурово отрезал король, хлопнув сына по плечу. – Дольше живут они, чем мы, для них что ты, что Инити – дети еще. Ей двадцать пять, по нашему – перестарок, а у них до тридцати пяти женщина не рожает, лунные дни не наступают – на кой тебе жена, что десять лет наследника не принесет да на пять лет старше? И будешь ты уже стариком, а она все ещё молодой да юной.

– Люба она мне, – мрачно проговорил Седрик. – Никого не хочу кроме нее.

– Ой, ой, – захохотал король. – Знаю, сын, я тоже кроме матери твоей видеть никого не мог, как увидел ее, решил – моя будет. Но у них свой обычай, у нас – свой – не в обиду они отказали, а по уму. А жениться тебе надо, да. Присмотрел я тебе жену…"

"Длился и веселился пир, а за стенами замка всю ночь метался в обличье красного волка наследник короны – ушел в лес гнать оленей и рвать острыми зубами живую плоть, пить кровь и выть от тоски. А через месяц женился он на светлой да голубоглазой Ольге, дочери сильного герцога – тем крепче страна, тем вернее люди – и ушел воевать очередное непокорное племя. Уже через девять месяцев родила супруга ему первенца, и хоть был Седрик с женой ни ласков, ни жесток, за сына одарил ее вниманием сполна.

Но привычка уходить в лес волком и охотиться осталась с ним на долгие годы.

* * *Опять понесло искорку дальше. Бой, снег, грязь, кровь. Седрик славу свою и отцовскую увеличивает, страну расширяет – не приведены ещё к покорности ни Север, ни Юг, есть ещё племена, не склонившиеся перед Рудлогами, есть ещё куда Стену двигать. Не юноша уже – мужчина – рубит врагов, жжет их пламенем, и в глазах его ярость, и расступаются перед ним противники, так ужасен его лик. Знают враги, что когда входит будущий король в боевой раж, оборачивается он огненным вепрем – и тогда не остановить его, и горе тем, кто попал под его клыки.

Один из противников со спины подобрался, замахнулся – и упал, сраженный клинком матерого зеленоглазого воина в доспехах с гербом старой династии Гёттенхольд. Кивнул блакориец союзнику – и снова разошлись их дороги в этом бою. Потом, после победы, поделят они по чести завоеванные земли, и встанут Стены друг напротив друга, оставив тонкую нейтральную полосу между ними.

* * *Вот и картинки мирной жизни.