Королевская кровь. Книга 7

И в красных волосах появилась седая прядь. Горло свело, когда Ани попыталась сказать «здравствуй», и она отстраненно подумала, что все произошедшее превратило ее в истеричку. И что глупо и неправильно сейчас вести светские беседы.

Принцесса шагнула к нему, с нежностью погладила по плечу, волосам, провела пальцами по щеке – и, размахнувшись, влепила ему пощечину. Нории мягко перехватил горящую от удара ладонь, снова прижал к щеке, потерся об нее, зажмурившись, и улыбнулся. От этого простого жеста и от улыбки его остатки спокойствия разлетелись вдребезги.

– Как ты посмел не дождаться меня?! – крикнула она ему в лицо.

Глаза защипало. – Как посмел, Нории? Не рассказать о проклятии! О том, что будешь делать, если я не соглашусь?!!

Дракон притянул ее к себе, обнял так крепко, что принцесса зашипела, прижимаясь губами к его груди и вдыхая его запах.

– Сердишься, – пророкотал он понятливо ей в макушку и провел ладонями по спине – от них шло покалывание.

– Очень, – прошептала она. Негодование так и полыхало, и Ани мотнула головой, перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Нории поднял ее голову за подбородок и поцеловал – и она снова взорвалась от гнева, вцепилась ногтями в широкие плечи, поднимаясь на цыпочки, впиваясь в его губы и кусая его до крови.

Он не отстранялся, только зарычал чуть слышно, рокочуще, и руки стали смелее – сжали ее ягодицы, проскользили по бокам, коснулись затылка, груди. И Ангелина забыла о злости, расслабилась от этого рычания, окунаясь в мужские, бесконечные терпение и нежность.

Замерла, когда Нории чуть отодвинулся, слизнул свою кровь. Коснулась его губ – и вновь погладила по щеке. И отошла к окну, встала спиной, коснувшись руками знакомой резьбы подоконника – нужно было собраться с мыслями.

И сказать то, что нужно было сказать.

– Мне было бы трудно жить, если бы в мире не было тебя, – проговорила она с трудом. – Поэтому я очень, очень злюсь, Нории.

Он подошел, обхватил ее рукой, мягко поцеловал в макушку – и Ани откинулась ему на грудь, закрыла глаза. Как же хорошо. Как легко.

– Как я мог сказать тебе о проклятии? – проговорил он тихо. – Как я мог сказать о терновнике? Ты бы посчитала, что я не оставляю тебе выбора. Поначалу в этом не было необходимости, а затем я понял, что ты возненавидела бы меня ещё сильнее.

И не было бы нам с тобой жизни, Ани. Мы бы воевали в браке.

– Да какая разница, – Ангелина с раздражением царапнула его коготками по руке, – как бы я была с тобой? Я не дура, Нории, потом бы разобралась. Это мое дело.

– Нет, – сказал он убежденно, – не твое.

Она все раздумывала над его словами – и признавала его правоту. Скажи он во время ее пленения, и она бы прочно связала драконов и все несчастья своей семьи, и ожесточилась бы. И слова о терновнике восприняла бы, как шантаж.