Короли вкуса

На экране блюдо показывали крупным планом, и Вероника невольно сглотнула — выглядели пирожные более чем аппетитно. Изящные башенки из бисквита и белоснежного крема, политые сверху шоколадом, украшенные спелыми ягодами малины, черники и зелеными листиками мяты. Смотрелось это просто изумительно, Вероника взглянула на Живчика с восхищением. Такие пирожные не есть надо, а на выставку отправлять. Если это еще и вкусно, то на месте Ильичева она не задумываясь отдала бы Живчику первое место.

Вероника тихонько толкнула Вована.

— Слушай, Вов. А этот проглот целое блюдо пирожных сожрать ведь не сможет, да?

Вован гыгыкнул:

— Рано или поздно все об этом задумываются… Нет, конечно. Ильичев одно-то не съест. Попробует кусочек, остальное унесут. Без понятия, кто эту красоту доедает, — опередил он следующий вопрос Вероники. — Все хочу спросить у Агнии, но забываю.

Вероника вздохнула.

Ильичев между тем с помощью ножа и небольшой двузубой вилки отрезал кусочек пирожного. Отправил в рот.

Участники, стоящие у стола, и зрители в загончике замерли. Вероника поймала себя на том, что тоже замерла.

— Неоднозначно, — после долгой театральной паузы обронил кондитерский гуру.

Снова занес над пирожным нож и вилочку. Постоял в раздумьях и бросил приборы на стол.

Приказал, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Унесите.

Невозмутимо взял со стола чайную чашку и отпил из нее чая.

Человек в костюме официанта унес блюдо. Живчик схватился за сердце. Леопардиха фыркнула, Красавчик придвинулся к Живчику и забормотал на ухо что-то утешительное. Кажется, товарищу он искренне сопереживал; Вероника подумала, что Красавчик ей, пожалуй, нравится — в отличие от Леопардихи.

— Все, да? — спросила она у Вована. — Он не прошел дальше?

— Ой, ну что вы! — К ним повернулась женщина, сидящая впереди. — Это же Федор Владимирович! — Имя Ильичева она произнесла с благоговением. — Он такой артист, у него никогда не угадаешь! Всегда в последний момент все решает. Может, он попробует следующее блюдо и потребует, чтобы пирожные принесли обратно. А может, и правда о них не вспомнит. Мы с мужем много раз пытались угадать, но тут не предскажешь.

«Да уж», — мысленно фыркнула Вероника. Поди знай, чего там ильичевская левая пятка пожелает. Спортивные соревнования все-таки намного честнее. И судья там не единственный. А здесь, получается, от мастерства участников вообще ничего не зависит.

Она почему-то была уверена, что пирожные великолепны. И Живчика, который потратил на их создание хрен знает сколько времени, а сейчас убежал с подиума едва не рыдая, было жалко до смерти. Ему ведь этот гад даже не сказал ничего!

«Унесите» — и все. И мучайся теперь… Кошмар.