Короли вкуса

Адская жара напомнила людям, что они — всего лишь стадные животные, а разум — миф, придуманный для того, чтобы человек мог хоть как-то противопоставить себя прочей фауне.

В жару животные прячутся в тень. Меньше едят. Больше пьют. Меньше двигаются. Вот и люди затаились, спрятались по норам. Поток звонков с предложениями взяться за то или иное невероятно важное и трудное дело безнадежно иссяк. Похоже, даже сумасшедшие решили, что их паранойя может подождать до более прохладных времен. И вдруг на фоне этого затишья — двойное убийство.

В голове пронеслись и не задержались весомые доводы, при помощи которых Тимофей, будучи адвокатом, мог бы изменить формулировку.

Ведь уборщица же, по сути, украла эти пирожные. Впрочем, в России вряд ли бы приняли во внимание сей факт. В отличие от Европы или Штатов, уважение к частной собственности здесь пока в зачаточном состоянии. Советская ментальность упокоится еще нескоро.

— Меня зовут Андрей Загорцев, — сказал Тимофей потолку. — Я хочу убить Ильичева. Я раздобыл яд. Подсыпал его в пирожные, которые, очевидно, испек сам. Ильичев на моих глазах пробует пирожные.

А я, не дожидаясь, пока он упадет замертво, спокойно выхожу на улицу, звоню кому-то по телефону и рассказываю, что Ильичев поплатится. При этом у меня в кармане джинсов лежит пакет из-под яда. И кто я после этого, спрашивается? Полный кретин?

Имя и фамилию предполагаемого убийцы Тимофей выяснил, посмотрев подготовленные Вероникой записи. По ее описаниям понять, о ком шла речь, труда не составило. Живчик — Андрей Загорцев.

Тимофей вывалился из гамака и принялся разгуливать по квартире, от стола до шведской стенки, в обход лежащих на полу матов и обратно.

Мысли вереницей проносились через голову."

"Кто-то отравил Ильичева. Предположим, этот человек не идиот. Он постарался сделать все так, чтобы на него не подумали. Этот человек имеет доступ к кухне и сильное желание устранить Ильичева. А кроме того, он грамотно подставляет Загорцева. Прекрасно понимая, что пакета со следами порошка полиции будет более чем достаточно. Дело сделано. Тылы прикрыты…

Стоп.

Тимофей остановился и нахмурился.

Вот и он тоже начинает видеть в услужливо рассыпанных кубиках тот узор, который хочется.

А ведь у него нет заключений экспертизы. Мало ли, что могло быть в том пакете. Вероника сказала — белый порошок, и, разумеется, первое, что приходит на ум, — яд. И как-то забывается, что Загорцев — повар. Мука? Сахарная пудра? Сода? Миллион других вещей, незаменимых на кухне?

— Это будет непросто, — прошептал Тимофей. — Никакого доступа к материалам следствия, но… О’кей, давай пока просто предположим, что в пакете все-таки был яд. Ведь если… Я — Загорцев, повар, положивший в карман пакет из-под муки.