Короли вкуса

Что ему, Смурову, еще нужно? Он что, мало видел людей, убедительно клянущихся, что они ни при чем? А Загорцев — вообще, считай, актер. Пусть и не профессиональный, но перед камерами кривляться насобачился — будь здоров.

И все же… Что-то не сходилось.

— По-другому, — проворчал Смуров, выдыхая дым. — Уборщица…

Если антисептик окажется тем самым — значит, нужно заняться уборщицами. И, скорее всего, теми, кого наняли недавно. Потому что «ветераны» не могут не знать, что прибирать к рукам оставшуюся после съемок жратву — в порядке вещей. И что отравить пирожные — значит отравить кого-то из своих.

Это — левый человек, который даже не подумал. Ну или настолько хладнокровная и расчетливая тварь, что не верится. Такие люди в уборщицах не сидят. Такие сидят значительно выше и заправляют делами значительно более прибыльными. И копать под них приходится годами, порой — безо всякого результата.

Или — Загорцев. Который уже сидит и против которого железобетонные…

Дверь открылась, и в курилку ворвался злой как черт Долинин.

— Хьюстон, у нас проблемы, — объявил он, вытряхивая из пачки последнюю сигарету. — Дай-ка огоньку, зажигалку посеял.

— Сам ты Хьюстон, — просипел Смуров и чиркнул колесиком старенькой дешевой зажигалки. Обычно она срабатывала через два раза на третий, но сейчас будто прониклась возникшей в курилке напряженной атмосферой.

— У Загорцева адвокат нарисовался. Фирма молодая, но серьезная. Сам защитник — чудик еще тот, по-моему, вообще первое дело ведет. Но, блин, упертый, как я не знаю… Он мне за пять минут на пальцах разложил, что вся моя доказуха ни хрена не стоит.

— Я за пять секунд разложил. Только ты меня не слушал.

— А! — отмахнулся, поморщившись, Долинин.

 — Слушай, это реальный геморрой. Что ты там говорил — типа, съездить, пошукать?

Смуров окинул Долинина внимательным взглядом.

— А ищем чего? — спросил он.

— Доказуху на Загорцева! — взорвался Долинин. — Если у меня единственная птичка упорхнет — это ж вообще туши свет! Одно дело, когда полиция хватает всех без разбора, и другое — когда вообще ничего не делает! Разницу чуешь?

Смуров кивнул, отвернулся к окну. Уставился в трижды проклятое безоблачное небо, в котором, кажется, передохли все птицы. Скоро и люди тоже передо́хнут.

Вымрут, как динозавры, от жары. Кого тогда будет волновать, кто и кого отравил в один из последних годов, отпущенных человечеству? Копошимся тут, как черви в навозной куче…

— …ира?

— Что? — встрепенулся Смуров.

— Я говорю, квартира этого клоуна, в Зеленограде, — повторил Долинин.

— Ну? Обыскивали. Пусто.

— Так еще раз обыщите! Вы тогда что искали там? Яд? У нас даже экспертизы на руках еще не было. А надо детально. Компьютер, ноутбук, что там у него еще может быть. Связи с Ильичевым нужны, понимаешь? Мотив.