Короли вкуса

Смуров вышел на улицу — как в баню — и сунул в карман телефон. Постоял, тяжело дыша. Пара десятков метров до «Ауди» с кондиционером. Пять-десять минут искусственной прохлады. А потом — опять то же самое.

— «Корсакова вези», — буркнул Смуров. — Где я тебе его возьму теперь? Если не дурак, так он еще вчера домой в Красноярск свалил. Пока ты к Загорцеву прицепился, как банный лист…

Но, ворча, уже прикидывал, кому поручить работу.

•••Час назад Тимофей, едва успев закончить разговор с Вероникой, которая доложила, что вместе с опером Сашей едет проверять квартиру Загорцева, принял звонок от Долинина.

— Помню вас, — буркнул тот и снял трубку. — Максим Андреич, тут адвокат этот… Ага, понял.

Положил трубку и сказал:

— В допросную сразу проходите. Это…

— Я знаю, спасибо, — перебил Тимофей и, убрав удостоверение в карман, двинулся по коридору.

Долинин ждал его с папкой возле двери. Кивнув, как старому знакомому, открыл папку.

— Итак, Тимофей Геннадьевич. У нас новые факты в деле. Корсаков, второй финалист шоу, приготовил пирожные с тем же самым антисептиком, что и Загорцев.

— А женщина? — спросил Тимофей.

— Какая женщина?

— Третья финалистка. Торт в виде снеговика.

— Понятия не имею, с какого ракурса вас это интересует, и разглашать эту информацию я не должен, — проворчал Долинин. — Но так и быть: торт в полном порядке. Подозреваю, криминалисты его уже списали под чаек. Нас с вами сейчас не торты интересуют. А то, что у вашего клиента появилась хорошая возможность соскочить.

— У него эта возможность была с самого начала. Я не вижу, что изменилось сейчас.

"— А вы точно адвокат? — нахмурился Долинин. — Я вам, вообще-то, спасательный круг бросаю. Еще раз, дабы внести ясность: я получаю от Загорцева любые сведения о Корсакове, и можете забирать его отсюда на все четыре стороны. Переквалифицируем в свидетеля. Судимости не будет. Чистая победа — ваша. И шикарная строчка в резюме. А главное — никаких больше роликов про бедную овечку Загорцева, договорились? Это ведь ваше первое дело?

Тимофей в задумчивости посмотрел на следователя. Слова, слова… Так много. И к чему этот последний вопрос? Попытка расположить к себе? Завязать неформальный разговор? А нужен ли ему этот разговор? И уклониться от него — это вариант нормы или грубое нарушение неписаных правил?

Тимофей решил ответить на последний вопрос:

— Первое.

— Так и подумал, — кивнул Долинин. — В общем, у вас пять минут, чтобы разогреть клиента. Объясните Загорцеву ситуацию. Потом зайду я, и мы проведем допрос уже под запись и протокол. Задача ясна?

Тимофей кивнул. Долинин открыл перед ним дверь.

— Спасибо, — сказал Тимофей.

29

— Привет.