Коротышка или Байкер для графа Дракулы

Кое-кто согрелся и решил, наконец, оставить живую грелку в покое…

Пожалуй, это был первый раз, когда Владиславом беззастенчиво и без малейших угрызений совести откровенно пользовались в личных целях, а он особо и не возражал.

Но, несомненно, собирался за это отыграться всеми доступными способами.

Хотя…"

"Осторожно поднимаясь, чтобы не разбудить девушку, мужчина поймал себя на мысли о том, что прежние шпильки Стаська теперь может воспринять совершенно иначе. Ему хватило сегодняшнего дня, чтобы понять — она изменилась. И не в лучшую сторону.

Совершив все утренние процедуры, Владислав сварил себе кофе и, устроившись за барной стойкой, закурил, обдумывая факты, которые обнаружил.

Девушка стала другой не только внешне. В конце концов, лично зная Неаполь, было бы странно узнать, что ее загребущие руки не добрались до сестры Харлея, проживающей с ней на одной территории. Да и бог с ним, с цветом волос, хотя роскошную медну копну было немного жаль.

Дело совсем в другом… Стаська исхудала, и заметно. Круглое личико с острым подбородком осунулось, слишком сильно стали заметны скулы. Глаза запали и под ними залегли темные круги. Неестественно бледный, нездоровый цвет кожи, на которой, кажется, померкли даже веснушки. Их количество тоже сократилось, кстати, и значительно.

Сухая кожа на руках, выпирающие ключицы, острые локти, заметные ребра…

И это только тело. Что до характера…

В ее глазах не было больше того огонька. Станислава стала куда более резкой, иногда даже грубой. Постоянно сутулила плечи и часто не поднимала головы, словно ждала от всех окружающих какого-то подвоха. И на привычную, в общем-то, подколку, среагировала необычно, явно разозлившись.

Харлей ее поведение комментировать отказался, отделавшись коротким «развелась, вот и вернулась», и ясно дал понять, что трогать его сестру не стоит, как и расспрашивать кого-либо на эту тему. Мих, явно что-то знающий, подтвердил слова друга кивком, но распространять информацию не стал.

И тем самым еще больше заинтересовал собственного брата.

Что же такого случилось за эти пять лет, что изменило Станиславу практически до неузнаваемости, превратив некогда жизнерадостную, уверенную в себе девушку, в ее слабое подобие? Сейчас Стаська напоминала лишь тень, огрызающуюся скорее по привычке.

Да, она как всегда язвила, развлеклась, казалась беззаботной, но… в ней не было больше того задора и открытости. Словно за это время, что ее не было, она… сломалась.

И это удивляло еще больше — что могло произойти, чтобы сломить ее? Байкера, которой всегда было плевать на все и вся, которая все неприятности и проблемы преодолевала с упорством танка, идя напролом к своей цели?

Сомневался Влад недолго.