Коза и семеро волчат

– Лучше сказать: поганенько, – поправил его Собачкин, – профессия альфонса столь же древняя, как ремесло гетеры. Симпатичный юноша, который живет с пожилой девушкой, получает от нее дорогие подарки, деньги, квартиру, машины, во все времена не редкость.

– Я другое имел в виду, – остановил Сеню Кузя, – нашел информацию по Ксении. Она покончила с собой. Прыгнула с пятнадцатого этажа недостроенного здания. В кармане самоубийцы нашли стандартную записку: «В моей смерти прошу никого не винить. Я довела до смерти свою маму, плохо с ней обращалась. Лида, я люблю тебя. Прошу того, кто меня найдет: позвоните по этому номеру, позовите Лиду, хочу быть похороненной вместе с мамой».

– Действительно странно, – согласилась я, – Юрий Петрович сказал, что отношения у матери и дочек были отнюдь не идеальные. Но после кончины Елены Николаевны старшая дочь стала винить себя в смерти матери. И довела себя до суицида.

– Запоздалое раскаянье страшная штука, – прогудел Лёня, – многие люди стоят у могилы, думают: «Не говорил матери-отцу-бабушке-деду ласковых слов, некогда мне с ними было чаю выпить, сердился на старших за то, что звонили, советы давали… Сейчас так хочется обнять их, произнести: «Люблю вас», но поздно». Тяжелые раздумья. Но большинство людей справляется с ними и живет дальше. А кто-то попадает в психиатрическую клинику или, как Ксения, сводит счеты с жизнью. На девушку слишком много всего свалилось: известие о смерти отца, любовники матери, потом беременность Лиды, сообщение о том, что папа жив. Вот психика и не выдержала.

– Странноватенько другое, – гнул свою линию Кузя, – при трупе нашли паспорт, в записке указан телефон, лишний труп в морге никому не нужен. Определенно Лиде позвонили. Но! Тело не забрали, его похоронили за госсчет.

– Это возможно? – опешила я.

– Да, – кивнул Сеня, – никакого наказания за отказ хоронить человека не предусмотрено. Просто это аморально. Лида не захотела заниматься погребением сестры. Хотя, может, у нее денег не было?

Кузя кашлянул.

– Лидия стала единственной владелицей хором в центре Москвы. Она потом вышла замуж за Григория Лукина, родила Зинаиду, продала квартиру, купила избушку в Юркине, в деревне на Каширском шоссе. И через полгода певица Опалис кричала из каждого утюга.

– Деньги, которые выручили за элитную недвижимость, потратили на раскрутку Лидии, – осенило Собачкина, – Григорий в жену ничего не вкладывал.

Дегтярев остудил пыл Сени:

– Ну, это нам точно не известно.

Кузя решил встать на сторону друга.

– Они в Юркине жили недолго, потом перебрались в Сластино. Там уже был дом двести метров, участок побольше. В поселке Ложкино их третий особняк, самый шикарный.