Коза и семеро волчат
Даже у самого отважного храбреца есть свой страх. Даше Васильевой позвонила ее одноклассница Галя Бокова и попросила срочно приехать. Она явно была в панике. Галина рассказала, что пошла в гардеробный домик своей усадьбы, чтобы собрать ненужные вещи для неимущих. И там на полу обнаружила труп Эдуарда, племянника ее мужа Никиты. Пока подруги обсуждали случившееся, появился Эдик – живой и невредимый. А вскоре Галя снова позвала Дарью к себе в поместье, чтобы показать… тело Эдика, которого она нашла мертвым уже в собственной спальне. Но когда они вошли в комнату, там никого не было, а все стены были забрызганы кровью. Дамы в ужасе убежали. Даша позвала на подмогу эксперта Леню. И что вы думаете? Правильно, в покоях не оказалось ни следа крови! Ну это уже слишком! Васильева никому не позволит водить себя за нос, и непременно разберется, что происходит в заколдованном особняке Боковых.
– И че? Мне за просто так вам объяснять? – раздалось в ответ. – Номер тока для покупателей.
– Непременно приобрету что-нибудь, – пообещала я.
– На две тыщи! – потребовала торговка.
– Договорились, – согласилась я, – сяду в машину, а то замерзну, пока вы придете.
– Не нервничай, уже спускаюсь открывать, – пообещала тетка.
Послышался скрежет, и дверь приоткрылась.
– Заходь! – скомандовала тощенькая, похожая на больную кильку женщина, замотанная в серый пуховый платок. – Недалече мне итить, на втором этаже живу. Чего тебе нада?
– Как добраться до центра «Коза и семеро волчат»? – спросила я.
Продавщица шмыгнула носом.
– Берешь продуктов на две штуки?
– Да, – кивнула я.
– Ты ж моя радость! – восхитилась тетка. – Дам тебе тогда бесплатный пакет.
Когда я убирала кошелек, в лавку вошла бабушка и осведомилась:
– Людочка, можно мне пачечку геркулесика?
– Деньги на бочку! – потребовала продавщица и постучала ладонью по прилавку. – Сюды ложь!
– Пенсия будет только в среду, – прошептала старушка, – а кушать сегодня хочется.
– Не дам, – отрезала Людмила.
– Ну, пожалуйста, – начала просить покупательница, – только геркулесик. Вон ту маленькую упаковочку. Молочка не прошу, одну крупу. Не рассчитала я в этом месяце правильно, не дожила до пенсии.
– Баба Варя, ты постоянно плохо рассчитываешь, – заявила Людмила. – Знаешь, скока за Федотовой долга записано? Десять тысяч! Пока не отдашь, не заглядывай. Не мой магазин, хозяйский. Зарплату я получаю по выручке.
– Всю жизнь работала, а по старости так мало платят, – печально произнесла старушка, – раньше огород копала, заготовки делала, а теперь сил нет. Люда, я ж тебя в первом классе учила!
Людмила сложила руки на груди.
– Одни двойки ты мне ставила, отец меня за них ремнем лупил. И я не пенсионный фонд, не правительство. Ехай в Москву, жалуйся депутатам, у них рожи сытые, аж в телике не помещаются. Чё в магазин пришла без денег? Нет рубликов – не купишь бубликов.
Варвара сгорбилась и молча вышла.
У меня сжалось сердце, я выскочила из сельпо и закричала:
– Бабушка Варя! Вернитесь!
Учительница обернулась.
– Добрый день, деточка. Вы кто?
– Не узнаете? – улыбнулась я. – Ваша ученица, в первом классе в школе у вас занималась. Потом родители в Москву уехали и меня увезли.
Варвара вернулась к ступенькам лавки.
– Уж простите меня, память теперь подводит. Как вас зовут?
– Даша, – представилась я.
Педагог постояла молча, потом всплеснула руками.
– Макарова! Да? Такая голубоглазенькая, светленькая? На первой парте сидела, болтала хуже сороки?
– Точно, – соврала я, – приехала на свою малую родину по делу, хотела вас навестить, но не знала, что вам в подарок привезти.











