Красный вервольф 2

— Эээ… — я ненадолго завис. — Вроде где-то на юге, да?

— Я знаю, — буркнул Баба Яга. — И мне не нужны провожатые, я смогу и сам выбраться."

"— Думаю, что время вашей импровизации закончилось, — жестко сказал Юрген. И снова повернулся ко мне. — Рядом с бывшим домом по Рябиновой, четырнадцать стоит каменный остов колодца с журавлем. И груда досок. Под досками, если подойти пять часов от колодца, есть проход вниз. Доставь этого человека к… Нашему общему знакомцу в лесах. И проследи, чтобы он себе пулю в башку не пустил.

— Даже в мыслях не было, — Баба Яга гордо приосанился.

Точнее, попытался, потому что вышло неубедительно.

— Хорошо, если мне показалось, — холодно произнес Юрген. — Ключи от машины под совой. Просто запомни, на месте поймешь. Все, выметайтесь, у вас чертовски мало времени.

Баба Яга тяжело поднялся. Бл*ха, как же он поменялся за этот разговор! Из пожилого, но крепкого дядьки в старую развалину, скрипучую, как его голос. Сколько ему по-настоящему лет, интересно? Пятьдесят? Семьдесят?

Я приобнял нежданного подопечного за плечи и принялся невнятно рассуждать о поэзии Гейне, сбиваясь на рассказывание какого-то анекдота без начала и конца.

Баба Яга показал, что он, все-таки профи. Разговор подхватил, спорил со мной заплетающимся языком, покачивался. Так что со стороны мы выглядели очень органично — просто подвыпившая пара приятелей идет домой из бара.

Эту маску мы скинули тотчас же, как только свернули с более или менее освещенной Плаунер в тенистый запущенный сквер, до которого пока что не добрались вырубщики — Псков готовился к зиме.

Баба Яга сбросил брезгливо мою руку с плеча и процедил сквозь зубы непристойное ругательство на немецком.

Я не стал с ним спорить. Не могу сказать, что пылал к нему приязнью и доверием. Честно говоря, я был бы как раз рад, если бы он пустил себе пулю в голову. Но Шалтаю он зачем-то нужен живым. Так что придется сквозь ночь тащиться к лежке Слободского и надеяться, что они в очередной раз не поменяли дислокацию. Сомнительная радость — таскаться по ночному лесу. Впрочем, до леса еще добраться надо.

До Рябиновой мы добрались практически без приключений. Переждали столкновение патруля с какими-то неудачливыми темными личностями. Явно вышли на промысел, но что-то пошло не так, и эстонские каратели ухватили недорослей за мягкие части тела.

Парней было жалко, на самом деле. Скорее всего, судя по быстрому и жестокому допросу, до утра они не доживут. Но спасать их у меня даже душевного порыва не возникло. Они представляли, на что шли. Кроме того, грабить они явно собирались своих же соседей. А за такое…

А ну отставить эти мысли, дядя Саша! А то я эдак до оправдания концлагерей логическими выкладками дошагаю. Нельзя так. Не по-человечески это.

Ага, а вот и нужное место.