Кредит на доверие

Определив на картах точку геолокации, где он назначил встречу, она последний раз глубоко вдохнула, сжала пальцами так и оставшийся болтаться на шее кулончик-ежик, и вывернула назад, на трассу.

— Вещи, украшения, сумка с документами, ключи от машины там же, и телефон вот, — немного напряженно перечисляла она, ощущая внутри какой-то ледяной мандраж.

Шуст стоял перед ней, наблюдая за этим «отчетом» без каких-либо видимых эмоций на лице или в самой позе. И это заставляло Лесю нервничать еще больше. Она еще не встречала таких людей, и лучше бы больше и не встретила, вот правда. Перед ней как статуя возвышалась. И Леся не стала бы утверждать, чего хочет больше: чтобы этот человек проявил хоть какие-то эмоции, или чтобы продолжал стоять холодным мрамор. Он ее просто пугал до ощущения ледяных игл внутри.

Высокий такой…

И вот тут некий внутренний голос зловредно добавил, что ее Коля выше! Но Леся одернула себя. Никакой он не «ее». И все же, если сравнить, то Николай Гончаренко, определенно, выигрывал… Шуст казался чересчур массивным, он одним своим «стоянием», как напирал на всех вокруг.

Почему-то Лесе показалось, что этот человек неплохо спелся бы со Станиславом Гончаренко. Брат Коли ее тоже всегда немного настораживал, хоть и не общались напрямую ни разу. А вот сам Николай — нет, никогда…

Гадство! У нее сейчас куда важнее дело есть, чем о Гончаренко горевать! И стоило бы не забывать об этом.

Только вот дико, до трясущихся рук, в которых дергались все те самые вещи, что она передавала, хотелось сейчас отказаться от всего и вернуться назад… к Коле.

Впрочем, что-то ей подсказывало, что отмотать все никто уже не позволит. Этот Шуст не выглядел тем человеком, который нормально относится к смене своих решений. Он вообще человеком не выглядел… Но Леся уже отмечала это.

— Передай ему, — тем же ровным голосом велел ей Шуст, едва заметным жестом руки указав на своего помощника.

Совершенно неприметный, в отличие от босса, человек, тут же забрал это все у Леси из рук.

— Кулон, — Шуст махнул рукой на ее грудь, видно, цепочка выпала из-за ворота рубашки.

А Леся как-то судорожно дернула головой, вцепившись в кулончик-ежика дрожащими пальцами. Ужас бухнулся в груди, словно подумала, что силой отберут.

— Нет. Он новый… Я только вчера купила. Не видел еще никто. Как символ новой жизни, — дрогнувшим голосом озвучила на ходу придуманную причину.

Хотя и не соврала, Мартынов об этом украшении ничего не знал.

— Хорошо, — не настаивал Шуст, правда, посмотрел долго, пусть она и не смогла угадать за непроницаемым взглядом его мысли.

Его помощник уже успел сесть в авто Леси и куда-то уехать. Она знала, что больше машину не увидит. Но… Оно того стоило… наверное.

Машины так точно. Пальцы еще крепче стиснули кулон.