Крестики-нолики

Господи, ну и жизнь! Обреченно окинув взглядом кабинет, он запихнул письма, конверты и веревку в карман пиджака. Кто кого пытается одурачить? Ни одному простому смертному не под силу добраться до Уэверли-роуд быстрее чем за полчаса. Интересно, когда же он успеет закончить все начатые дела? Три дела предстоит передать в суд и еще написать около дюжины отчетов по закрытым делам, пока подробности происшествий сохранились у него в голове. Впрочем, было бы неплохо, совсем неплохо, попросту вычеркнуть их из памяти. Стереть. Он закрыл глаза. Снова открыл. Документы по-прежнему лежали на столе во всей красе. Бесполезные бумажки. Мартышкин труд. Не успевал Ребус покончить с одним делом, как на его месте возникали еще два или три. Как называлась та мифологическая тварь? Гидра, что ли? Вот с кем он сражается. Стоит отрубить одну голову, как в его ящике для входящих бумаг появляется несколько новых. Зачем только он возвратился из отпуска?!

И вот, вдобавок ко всему, его заставляют катить в гору камни.

Он поднял взгляд к потолку.

— Помоги мне, Господи, — прошептал он. Потом направился к своей машине.

2

Бар «Сазерленд» был заведением популярным. Там не было ни музыкального автомата, ни видеомагнитофонов, ни «одноруких бандитов». Спартанская обстановка да телевизор с то и дело сбивающимся, рябящим изображением. До самой середины шестидесятых дамам вход в бар был заказан. И тогда там, судя по всему, было что скрывать: лучшее бочковое пиво в Эдинбурге. Макгрегор Кэмпбелл отхлебывал из большого стакана, уставившись на экран телевизора над стойкой.

— У кого перевес? — спросил кто-то рядом.

— Не знаю, — ответил он, обернувшись на голос. — А, привет, Джим.

Рядом с Кэмпбеллом сидел коренастый человек. Деньги он положил на стойку и ждал своего пива. Его взгляд был тоже устремлен на экран.

— Похоже, классный бой, — заметил он. — По-моему, выиграет Мейлер.

У Мака Кэмпбелла возникла идея:

— Нет, пожалуй. Максвелл запросто победит. Хочешь пари?

Коренастый, уставившись на полицейского, полез в карман за сигаретами:

— Сколько ставишь?

— Пятерку, — сказал Кэмпбелл.

— Идет. Том, принеси мне еще пинту, пожалуйста! Может, и тебе заказать, Мак?

— Спасибо, не откажусь.

Некоторое время они сидели молча, отхлебывая пиво и наблюдая за боем. Изредка, при точном ударе или удачном обманном движении, позади них раздавались приглушенные восклицания.

— Пока что твой держится молодцом, — сказал Кэмпбелл, заказав еще пива.

— Ага. Но давай подождем и посмотрим, ладно? Кстати, как дела на работе?

— Отлично, а у тебя?

— Если хочешь знать, сейчас работы невпроворот. — Пока он говорил, ему на галстук упал пепел — сигарета торчала у него во рту постоянно и время от времени угрожающе подрагивала. — Просто невпроворот.