Кровь, слезы и лавры. Исторические миниатюры

Что с того, если человек еще жив? Марин слагал эпитафии и на живых:

Прохожий, не тужи, что Сукин наш скончался. Не ядом опился – уставом зачитался. В сем месте положен наш бравый капитан. Не мраморы над ним, а пуншевый стакан. Прохожий, вздохни: Евгенья тут зарыли. Он умер оттого, что фрак не так скроили. Под камнем сим лежит известный скоморох: Над ним висит пузырь, а в пузыре – горох. Прохожий, подивись, как все превратно в мире: Рожденный во дворце, скончался он в трактире. Последняя “эпитафия” – на принца Густава Бирона, который, потеряв надежду на престол в Курляндии, спился по кабакам. Не забыт Мариным и его куафер Игнашка:

Игнашку, чтоб зарыть, немного хлопотали: Накрыли фартуком да пудрой заметали. А чтобы знали все, кого сразил здесь рок, То в кучу пудрену воткнули гребешок… Все было бы хорошо, но однажды, маршируя на вахтпараде со знаменем в руках, Марин нечаянно сбился с ноги, чем и вызвал бешеный гнев в императоре Павле I:

– Кто бы ни был – в рядовые его! – последовал приказ…

Марин стал солдатом, и жестокой сатирой досыта наиздевался над императором. Мало того, он сознательно будоражил недовольство в столице, высмеивал увлечение солдафонством, как бы предвосхищая грибоедовского Скалозуба, который даже Буало считал в чине майора и любил —"

"На балах женщинам о службе говорить, И чтоб понравиться им хваткою начальной, Читает наизусть им список формулярный. Солдату же Марину послужной список уже испортили:

– Мой формуляр царь затянул в солдатские лямки…

Но однажды Марин нес караул в Зимнем дворце и столь лихо проделал ружьем артикул, что Павел I в восторге сказал своему сыну – наследнику Александру:

– Гляди, какой молодец! Кто таков?

– Разжалованный портупей-прапорщик.

– Так жалую его в прапорщики, – отвечал император…

А еще через год Марин стал подпоручиком. Тогда начиналась война с Францией, и поэту, как и всем молодым офицерам, хотелось состоять в армии Суворова, но пришлось остаться в столице, воспевая бранные подвиги полководца:

Искусства ратного Суворов госп – 1 В Италию вступил ногою лишь е – 2 Разбил французов вне и замешал вну – 3. В Париже будем мы, как дважды два – 4. В заговоре против Павла I немало помогли и “карманные” стихи Марина, ходившие по рукам, как листовки, выражавшие гневный протест гатчинскому режиму. Павел I чувствовал, что ему готовят конец, в своем Михайловском замке он окружил себя верными гатчинцами, которым обещал:

– За охрану моей священной особы каждый из вас, голытьба несчастная, получит пятнадцать десятин земли в губернии Саратовской, дам вам душ – заживете барами!

Особым доверием Павла I пользовался и батальон преображенцев, которых он осыпал любезностями и наградами.