Кровь и пламя

Среди треска пожара, уничтожающего дома, женских и детских криков послышались жуткие стоны, издаваемые мертвыми глотками… а затем и пронзительный визг первой жертвы, в чье тело вонзились клыки нежити…

Про стремительно уносящихся в Дикие Земли черноплащников уже и не вспоминал никто — не до этого сейчас было! Пожар! Нежить! И это в родном городище!

Отступление седьмое— О-оу… о-оу… — огромная древняя киртрасса стонала… дрожала всем телом… взрывала уродливыми костяными лапами листву и почву. Кошмарный шипастый череп с пылающими глазницами яростно опалял магическим светом бесстрастные фигуры в белых балахонах, подпоясанных красными поясами.

Страшная тварь никуда не могла деться — со всех сторон ее окружили чужаки, выставившие перед собой ладони в останавливающем жесте. И киртрасса оказалась заперта надежней, чем в каменном мешке.

— Само воплощение тьмы как есть! — с истинной ненавистью фанатика выдохнул могучий дед, являющийся человеком такого рода, про которых уважительно говорят «дуб кряжистый». — Давайте, братья! Пора высвободить несчастную душу… но для начала пусть покается в полной очистительной исповеди!

— Да будет так, — кивнул более молодой священник, без страха и колебаний ступая вперед. — Пади, мерзость!

И киртрасса пала — лапы ее подогнулись, уродливое тело тяжело рухнуло на землю, огромный череп прижало к земле, из разинутой клыкастой пасти вырвался перепуганный визг, сухо затрещали старые кости, вминаясь и перекручиваясь, как размякшая глина.

— Поведай о грехах своих без утайки, — велел Искореняющий Ересь, делая еще один шаг вперед и опуская ладонь на потрескавшийся череп нежити. — Очисти душу свою в исповеди. Сделай первый шаг к искуплению…

В рощице, где все происходило, помимо воющей от ужаса древней нежити, имелись лишь трупы — шурды и костяные пауки лежали там, где их догнала смерть. Неподалеку стояло несколько кособоких телег, заставленных деревянными клетками с десятками птиц, мелких и крупных зверушек. Там же лежали упокоенные тела десяти мертвяков, служивших тягловой силой.

Обведя взглядом светлую рощицу с устлавшими землю телами темных тварей, седой крепкий старик из ордена Искореняющих Ересь гневно прищурился:

— Очистим… все очистим подчистую. До единой твари! Искореним! Во всех землях сих не останется темного пятна!

Глава восьмая

Где враг?!

Военная хитрость?

Новый непонятный маневр?

Почему столь внезапное затишье?

Где чертова птица-нежить с рыжим хохочущим наездником?!"

"Я носился по стене, словно взбесившийся маятник часов. Рикар, отец Флатис, Стефий, Литас, Древни и Дровин, Койн и прочие предпочитали стоять на месте и смотреть на ущелье, но я не мог заставить себя замереть и на минуту.