Кружок экстремального вязания

С другой стороны, в палате лежит уже не моя мама, а просто женщина семидесяти восьми лет. Скажите честно, без лукавства: вы сами верите, что она встанет?» «Нет, – призналась я. – Но даже если случится чудо – я описала вам дальнейшее развитие событий». Он открыл кейс, в нем лежали пачки денег. «Пожалуйста, вскоре после моего ухода позвоните, сообщите о кончине мамы».

Надежда развела руками.

– Он не один такой. И подобные беседы не редкость. А к больным, которые в благотворительном отделении… Ну, там своя история. Когда их родным говорят, что человек умер, в девяти случаях из десяти слышим в ответ: «Тело забирать не станем». Это неудивительно, ведь мы берем тех, у кого совсем нет денег. Оформляем все документы, хороним их в общих могилах. Но порой человека, которого велено отключить, переводят в другое отделение, он получает чужие имя и фамилию. Услуга платная, стоит больших денег. Зачем это? Допустим, некоего банкира определенно посадят на много лет. Или кто-то понимает, что его точно убьют за какие-то выкрутасы. И – упс! – человек на аппарате ИВЛ, вот его документы. Могут прийти, проверить, спросить: «Почему же он так изменился?» Ответ один: «Если сами на ИВЛ хоть неделю проведете, вас родная мать не узнает».

Надежда взяла Марка за руку."

"– Ты, котик, много лет лежишь у меня в особой палате. Захотят тебе навредить, а где ты? Ты в палате с обеспечением жизнедеятельности, в состоянии овоща! Конец вопросам, и нет желания убивать такого человека. Он же и так уже умер, просто тело пока дышит. А теперь подумай, что могло случиться, не преврати я тебя почти что в труп. Тебя ищут, а ты исчез. Но ведь тебя могут найти и выяснить, что ты живешь в США под другим именем. Америка далеко, да? Ох, не надо на это рассчитывать! Меньше чем за сутки до Нью-Йорка можно долететь, а там много тех, кто готов на любые действия, среди них и коренные жители, и наши эмигранты. Вопрос лишь в размере оплаты. Я же сделала так, что тебя никогда не тронут, порвала все нервы, влезла в долги!

Вольская перевела дух.

– А теперь ты, котик, приехал за «своими» чертежами, предлагаешь мне пятьдесят процентов суммы, которую выручишь от продажи? Милый, спасибо за щедрое предложение, но ты опоздал.

– В смысле? – оторопел Марк.

– Ну какой здесь может быть смысл? – рассмеялась Надя. – Повторяю: тубус принесли мне, когда тебя и рядом не стояло. Улетай в свою Америку! Больше нам общаться не стоит! Но напоследок сделаю тебе прощальный подарочек – человек, который лежит в моем центре под именем Марка Коравалли, сегодня скончается! Его похоронят на престижном московском кладбище, через год поставлю памятник.

Эндрю прищурился.

– Понимаете?

– Надежда убьет больного? – тихо уточнила я.

– Думаю, он уже мертв, – ответил Джонсон.