Леди GUN
Когда-то в ранней юности Лена Родионова была вынуждена пожертвовать своей честью и своей гордостью. Это и определило ее будущую жизнь. Отныне никто и никогда не обидит и не унизит ее, потому что она обрела невиданную для женщины власть. Родионова сыграет решающую роль в переделе собственности в Москве, Киеве и Крыму, объявит войну государствам, церквям, конкурирующим бандитским группировкам. География и масштабы ее рискованного бизнеса не знают границ, а амбиции вообще беспредельны. И так же велика, необузданна и трагична любовь к Елене молодого человека, который однажды, в ранней юности, совершил роковую ошибку.
– Ребята… ради бога… Я отдам все, что у меня есть. Вот, пожалуйста, это мой кошелек. Я дам вам больше, если вы меня выслушаете. Пусть это будет авансом. Я хочу просить вас об одной услуге.
Уголовники переглянулись. Кошелек забрал Седой и, вынув содержимое, не забыл незаметно для Кабана засунуть половину денег себе в карман."
"– Негусто, – фыркнул он. – Святоша, моему приятелю не терпится выщипать волосины из твоей бородки. Ты был недостаточно щедр, чтобы лишить его такого наслаждения. Придется тебе потерпеть. Правда, я все же могу уговорить его сдержать себя, если в твоих джинсах найдется еще пара сотен.
– Клянусь, у меня больше ничего нет. Я прошу вас… во имя Господа! Будьте милосердны, – глотая слова, умолял Симеон. – Я дам вам больше. Гораздо больше. Только выслушайте меня… У меня к вам деловое предложение…
– Кажется, святоша с приветом, – тихо шепнул Кабан на ухо Седому, – от него толку не будет. Чего еще надо? Бабки вытрусили, пора валить.
– Угу, – кивнул Седой, напоследок рявкнув Симеону: – Ну, козлиная твоя борода, тебе повезло, моему приятелю срочно понадобилось выжать пенис в ватерклозете.
– Я дам вам десять тысяч шиллингов! – крикнул им в спину Симеон, и они остановились.
– Придется взять его с собой в «Барракуду», – тихо произнес Седой и, обернувшись к Симеону, поманил его рукой: – Пойдешь с нами в бар, там и потолкуем. Только запомни – я никогда никого не пою на халяву. Сегодня ты пьешь пиво за мой счет, святоша, а я занимаю только с процентами.
– Конечно, нет, ребята, вы получите эти деньги, как только исполните одно дельце, – лепетал по дороге к автобану Симеон.
Когда они спустились в бар «Барракуда» и уселись за столиком, Седой буркнул:
– Выкладывай! Что там у тебя?
* * *Боря стоял перед калиткой, ведущей в собор. Он пришел сюда без всякого плана в слепой надежде на вендетту. Мысли путались в голове, мешая найти правильный способ для справедливого возмездия. Где-то совсем близко эта подлая мразь, прикинувшаяся Божьим человеком.
«Заставить этого гада выложить кругленькую сумму, перед тем как подпортить ему физиономию? – сверкнула меркантильная мысль. – Или просто убить? Мне терять нечего! – отозвался гнев. – Хотя… Не убивать же его, в самом деле. Или взаправду прибить эту суку?.. Нет, пусть сперва заплатит за нанесенное лично мне моральное оскорбление… – одолевала безприбыльную агрессию возбужденная алчность.
