Леди GUN

Хотя капитану было сейчас не до аллегорий, он молча слушал и просчитывал про себя последствия: что будет, если он согласится отпустить задержанного? Да нет, невозможно. У детины изъято огнестрельное оружие, подчиненные могут заложить. Если бы он вызвал по рации подкрепление, не было б этого неприятного разговора с шефом вышибал, громилу бы вмиг отволокли в РОВД. Как назло, решил управиться собственными силами, дернула нелегкая!

– Не могу, Жека, – полушепотом оправдывался капитан, виновато хлопая веками, – он же стрелял, пушку вот забрали. Ну ты что, меня ж под суд, я из-за этого козла не хочу нары греть, не проси даже, не могу.

Да и ребята мои, сам знаешь, когда трое знают…

– Шо своих-то подметать… С ребятами договоримся, все ж свои… – У шефа дискотечных вышибал были весомые причины не остаться в стороне от проблем Клауса. Дискотека исправно выплачивала дань Роланду. Такая услуга человеку Роланда давала лишний повод владельцу дансинга мягко намекнуть рэкетирам о досаждающем бремени непомерных налогов. Услуги подобного рода ценились высоко. Роланд не любил оставаться в долгу. Малость скостил бы свои поборы.

С сержантами договорились, сперва было трудно им что-либо объяснить, но, глядя на увлеченно изучающего потолок капитана, они вдруг вспомнили, что тоже любят кушать хлеб с маслом.

Спустя мгновение Клаус был без наручников и при пистолете. Он хотел было вернуться в дискозал и разыскать своих подопечных, но капитан и шеф вышибал насилу его удержали. Капитан потребовал от него немедленно скрыться подальше от дансинга, если он не хочет снова оказаться в наручниках.

– Нельзя так нельзя, – согласился Клаус, – придется ждать малолеток на свежем воздухе.

 – Изливаться в благодарностях Клаус не стал. – За мной должок, – мигнул он шефу вышибал и потопал к выходу. Глядя на удаляющуюся спину громилы, капитан облегченно вздохнул и как бы ненароком пощупал прибавивший в весе карман брюк, а начальник охраны поспешил к своему боссу доложить о непредвиденных расходах, которые при правильном подходе обернутся прибылью. На ходу он сочинял завуалированный панегирик самому себе, твердо рассчитывая не только на возмещение наличности, но и на причитающиеся премиальные.

Однако строить прогнозы об уступчивости Роланда по части поблажек с еженедельной мздой было преждевременно. События повернулись иначе, а для Клауса эта расчетливая услуга стала роковой.

На улице перед центральным входом Клауса дожидался его молодой напарник в подержанном белом «Опеле». Парнишка балдел от включенной на полную катушку магнитолы. Клаус резко дернул дверцу, от неожиданности напарник схватился за руль.

– Я вижу, ты здесь неплохо устроился, – зло проворчал Клаус.