Леди GUN

Вскоре она подарила Роланду лес. Он не был пустынным. На опушке стоял дом.

Он, тот который всегда ютился в спартанских условиях, стал хозяином собственного дома в живописном месте. Это была бывшая дача одного из высокопоставленных чиновников ЦК КПУ, выстроенная еще в семидесятых под сенью густых крон в загородном заказнике. Огромных размеров двухэтажный особняк был сработан из дубовых бревен и органично вписывался в естественный антураж смешанного леса.

Роланд стал для близлежащего Гнидына кем-то вроде вельможного пана. Все фермеры округи сносили ему добровольный оброк мясом, салом, яйцами и молоком.

Как во времена Ярослава Мудрого. Он купался в изобилии. А еще его наделили полномочиями егеря. Аккурат перед отправкой в Крым, туда, где у Матушки был не надежный союзник, а скорее завуалированный враг дядюшка Цезарь, тоже числившийся в егерях. Этим Матушка давала понять всем, что свято место пусто не бывает. И в случае чего крымские угодья найдется кому сторожить. Родионова торжественно вручила ему удостоверение блюстителя правил природопользования и законов об охоте. Кто-то улыбнулся, посчитав церемонию обычным стебом при дворе Матушки. С чувством юмора у нее было в порядке. Но Роланд был не из тех людей, которые предоставляли собственную персону в качестве повода для зубоскальства, а потому, находясь рядом с ним, люди старались меньше улыбаться. Да и ни к чему утруждать щеки натянутой улыбкой. Здесь не было ничего смешного. Роланд воспринял сей презент с благоговением. Об истинном значении такого дара знала только Матушка и он.

Она поняла его. И Роланд был благодарен ей за это. Ему так понравился дом с охотничьей сторожкой, что скоро это пристанище стало единственным местом, где Роланд чувствовал себя человеком.

Первое время он вдыхал полной грудью кристально чистый воздух, наслаждался безмолвием леса, шорох листвы и щебетание пташек лишь подчеркивали абсолютность здешней тишины.

Но Роланд чувствовал, что ему чего-то не хватает. Он быстро сообразил чего. Здесь, в лесу, Роланд пристрастился к охоте.

Кавказская горячность взяла верх. Здесь он мог стрелять, не опасаясь последствий.

Ему по-своему рисовалось уединение. Его владение гармонично слилось с барабанным аккомпанементом автоматных очередей.

Роланд палил не только из автомата. Он стрелял из всего, что было под рукой. Стрелял по всему, что двигалось. За исключением своих телохранителей. К слову, в заказник он брал минимум охраны, от силы – двоих.

Он был хозяином всего этого пространства, огромного лесного массива, напичканного всевозможным зверьем, как тыква семечками. Сезон охоты Кутателадзе измерялся не днями, а патронами в магазине его автомата. Патроны не кончались никогда. Охотничьи ружья у Роланда тоже были.