Леди GUN

Все было так же – тот же конферансье, те же манекенщицы, такое же количество людей скопилось под подвесным помостом. Курчавый шоумен орал во всю глотку:

– Сегодня или никогда! Здесь или нигде! Лунный отблеск Тадж-Махала, висячие сады Семирамиды – да, это чудеса света. Но они меркнут в сравнении с чудом, которое представляет Бельведер этим майским днем. Гвоздь летнего сезона – вечернее платье из египетского шелка «Клеопатра». Сказка, которая на теле превращается в быль. Вероломство, которому суждено остаться безнаказанным. Шарм и изысканность, раскрепощенность и вызов… «Клеопатра» – это высокая мода.

Художник-модельер Элизабет Гейхман наградила свою модель величием египетских пирамид, легкостью и чистотой силуэта. Обратите внимание – платье аскетично и броско одновременно. Строго и сексуально в одночасье! Нет рукавов – открытость… Поднятый ворот – сдержанность… Застегнуто на пуговицу – деловой стиль… Но обратите внимание на открытые плечи и легкое переднее декольте – секс! Подчеркнутый бюст и никаких излишеств, никаких украшательств причудливыми кружевами. Только цвет! Достаточно этого демонического красного цвета, чтобы понять – это венец творения! Лили! Поиграй телом! – окликнул конферансье манекенщицу.  – Хочу заметить, Бельведер-фэшн-стайл обладает эксклюзивным правом на продажу «Клеопатры» и патентом на модель. Лили! Надо, чтобы публика видела, как шелк играет на свету, как прочен он и упруг и как подобен твоему роскошному телу. Друзья, Лили из соседней Братиславы! Ну, да ладно, речь не о красоте словачек… Уважаемая публика! Из двух созданных Элизабет Гейхман платьев одно навсегда останется в музее моды, второе достанется самой счастливой женщине. «Клеопатра» дополнит ваше достоинство и заставит забыть о проблемах. Итак, «Клеопатра» оценивает себя в две тысячи шиллингов. Но александрийская смоковница сроду не была скромна. Она ведь из династии Птолемеев! А значит, организаторы аукциона ее недооценили. Что скажете? Ну… ну, господа… Послушайте! Сквозь мягкую материю доносится мелодия «Сказок Венского леса».

И действительно, откуда-то доносилась музыка Штрауса. И Борис, и Лена услышали фонограмму. Все происходило как во сне.

– Две двести! – крикнули из толпы.

– Две триста!

– Две пятьсот!

– Чувствую, будет жарко, – вставил шоумен.

– Две девятьсот! – обрубили его.

– Три!

– Четыре тысячи!"

"Борис был поглощен баталией аукциона. Он только ждал момента, чтобы вступить в схватку со всеми, кто посягает на то, что принадлежит ему, а вернее, его Леночке. Он решил… Именно сейчас тот самый миг, когда он должен покорить ее сердце. Борис сунул руку в карман и крепко зажал скрученный шматок денег в кулак. Десять тысяч восемьсот пятьдесят шесть шиллингов. Это то, чем он располагает.