Летоu0026Детектив

На автопилоте набрала номер мамы. И только тогда, услышав родной голос, рассказывающий об очередных проделках моих красавиц, я почувствовала горький комок, застрявший в горле. Рука, державшая телефонную трубку, задрожала…

— Я рада, что с девчонками все хорошо, — как трудно говорить, когда стараешься не разрыдаться. — Одевай их потеплее. Наше питерское лето — одно название. Скажи Кристине и Маше, что я скоро приеду.

Мамуля возмущенно затарахтела:

— Какое скоро? Сегодня только среда, а у тебя выходной в понедельник! Почему в днях путаешься, температура? Ты не простудилась? А то я тебя знаю, пять порций мороженого слопаешь, а потом ангина! Взрослый человек уже, сама давно стала матерью, а ведешь себя, как ребенок!

— Нет, мам, что ты, ситуация под контролем, мороженым не объедаюсь!

От маминой гневной проповеди мне значительно полегчало. Действительно, я сама — мать, мне еще доченек на ноги ставить, так что я просто не могу себе позволить ни страха, ни апатии!

Мысль о решительных действиях поприветствовал неожиданный звонок в дверь. Меня мигом прошиб холодный пот. Думая: «А может, не открывать?» — я побежала в коридор. Все, что угодно, лишь бы прекратить эти истошные, врезающиеся в мозг трели.

Я схожу с ума. Нервы ни к черту. Только бы не милиция, только бы…

Вот теперь на пороге действительно стоял риелтор — блондин с голубыми глазами (меня мучают двое светловолосых братьев, худощавые, в одинаковых серых костюмчиках, они различимы только по цвету глаз — зеленому или голубому). Сегодня меня решил почтить своим присутствием голубоглазый.

Парень с такой искренней заинтересованностью стал говорить про в очередной раз увеличенную сумму доплаты за переселение и так подозрительно морщил курносый нос (пикантный запах убиенного бомжа явно рвался на свободу), что я окончательно все поняла. Риелторы ни при чем. Ну не настолько мальчишка хороший актер, чтобы, подсунув мне труп, появиться через полчаса. И с лицом совершенно ни в чем не виноватого человека уговаривать меня продать квартиру. Парни хитроватые, стремящиеся заработать, не боящиеся надоедать несговорчивым жильцам вроде меня — но они слишком молоды для того, чтобы быть такими хладнокровными мерзавцами.

Значит, все-таки без вариантов — во всем виновата новая жена моего бывшего мужа. Она меня ненавидит лютой ненавистью. Вызвать еще чью-то антипатию такая курица, как я, просто бы не сумела!

Вообще-то у нее вполне интеллигентное имя — Таня, огромный мясистый бюст (а ведь мой бывший — врун, говорил, что ему нравится моя небольшая грудь!) и черные волосы до пояса. Но как можно звать просто Таней женщину, разбившую твою семью?! Для меня она — дрянь, наглая тварь, гадкая стерва! Я до сих пор не понимаю, как мой бывший муж мог уйти в принципе.