Лисья нора

— Ты задолбал уже своими «просто»! О чем ты вообще думал, етить тебя в душу?

— А вы о чем думали, когда брали его в команду?

Нил решил вмешаться, прежде чем Миньярд озвучит одну из своих теорий.

— Тренер, мне нужно переговорить с Эндрю наедине. Можно мы отойдем в ваш кабинет?

— Нет, — отрезал Ваймак. — Не хватало еще, чтобы вы там глотки друг другу перегрызли. Пока все не уладите между собой, отсюда не выйдете.

Нилу очень не хотелось так скоро использовать свой козырь, но выбора не было. Уповая на то, что Ваймак не знает немецкого, Нил, сменив язык, обратился к Эндрю:

— Да что с тобой не так? Значит, Ники подкатывать ко мне нельзя, а тебе накачивать меня дурью против воли можно? Почему ты просто не оставишь меня в покое?

Досада исчезла с лица Эндрю.

— Вот те на. Разве не знаешь, что я не люблю сюрпризы?

— Да насрать мне, что ты любишь.

— И сколько же языков ты знаешь, бегунок?

Нил проигнорировал этот вопрос:

— Объясни, какого черта ты до меня докапываешься?

— Я уже объяснил. И кстати, ты не ответил.

— Я же сказал, что я не крыса! Ты совсем больной на голову, если так считаешь.

— Убеди меня.

— Назови хоть одну причину, по которой я должен это сделать.

— Помимо очевидных? — вздернул брови Эндрю. — Если я не получу ответов от тебя, то найду их сам. Начнем с твоих родителей?

— Вперед и с песней, — фыркнул Нил, хотя внутри у него все похолодело. — Они мертвы.

— Ты их убил?"

"Эндрю спросил это абсолютно буднично, словно интересовался, который час. От изумления Нил надолго утратил дар речи. Как такое вообще могло прийти ему в голову? Потом, однако, Нил вспомнил, с кем имеет дело, и парировал:

— По себе судишь?

— У меня нет родителей, — небрежно отмахнулся Эндрю и в этом отчасти не лгал.

Отца близнецы не знали, и из них двоих только Аарона воспитывала биологическая мать, тогда как Эндрю она сразу после рождения отдала под опеку. Тринадцать лет он провел, скитаясь по интернатам, и еще три — в колонии для несовершеннолетних преступников. Только после УДО мать пустила его на порог, а пять месяцев спустя погибла в автокатастрофе, и Нил очень сомневался, что Эндрю присутствовал на похоронах.

— Я не убивал родителей, — сказал Нил и запнулся. Страх железной хваткой стиснул грудь, лишив его воздуха. Ложь, которую он состряпал на обратном пути в Пальметто, была вполне убедительна, но произнести ее вслух оказалось не так-то просто. Слова пришлось выдавливать силком, и Нилу оставалось лишь надеяться, что это придаст истории убедительности. — Они погибли… от рук семьи Рико.

Эндрю пристально посмотрел ему в глаза.