Лишняя. С изъяном
В королевской семье и радость, и горе. Родились двойняшки – неслыханное дело! Одна из них, похоже, больна. Что ж, ей прямая дорога в пансион при монастыре, а там, глядишь, и постриг примет…А моя проблема в том, что я – в теле той самой, больной сестры. И я категорически не собираюсь проводить остаток жизни в молитве и покаянии! Скорее наоборот…
За меня же, как слабую женщину, еще и мужчина поручиться мог. Молодец, приемный отец, хоть этот вопрос уладил перед смертью.
Надеюсь, меня с единичкой не завернут на пороге. Тем более женщина – и вдруг лекарь. Это вообще попрание всех традиций. И просто неслыханно: насколько я знаю, считалось, что целительская магия у женщин не проявляется.
Вообще. Никогда.
Комплекс Академии построили в некотором отдалении от столицы. До него вполне можно было добраться и пешком, но, случись что (а оно с завидной регулярностью случалось, несмотря на полную боевую готовность дежуривших на территории магов), до дворца последствия не долетят.
Так что пришлось воспользоваться услугами водителя. Хорошо, что мой помощник оказался не просто амбалом, а сообразительным и быстро разобрался, как управлять авто.
Пэдди, сам на себя не похожий в шикарном полосатом костюме, обогнул машину, открыл дверцу и, склонив голову, подал мне руку. Я спустилась с двух ступенек степенно, с достоинством, как и положено баронессе, в пределах приличия подобрав черный подол юбок. Щелкнул, открываясь, темно-серый кружевной зонтик.
– Проверь, как там дела в заведениях, и около часу жди меня здесь, – распорядилась я.
Помощник кивнул, запрыгивая обратно в авто. Я же развернулась к очередным в моей жизни воротам с решеткой. Богато украшенной решеткой: с вензелями, гербами, диковинными животными и прочими излишествами. По верху забор ощетинился натуральными пиками, острыми даже на вид. То ли чтобы адепты не сбегали, то ли чтобы снаружи никто не влез. Наученная горьким опытом, выводы я пока не делала. Рановато.
Ворота были гостеприимно распахнуты, впуская ручеек абитуриентов.
Я шла по похрустывающей под каблуками гравийной дорожке, оглядывая других поступающих.
Люди искусства были мне куда интереснее. Во-первых, курс получался смешанный: туда брали и девушек, и парней.
Академия представляла собой целый городок. Тут были и общежития, женское и мужское, и залы для занятий, и полигон для тренировок, отдельным павильоном высилась библиотека. И вокруг деревья, свежий воздух и какая-то шальная сила, от которой хотелось пуститься в пляс. Я прислушалась к резерву. Он был не просто полон – шар полыхал, чуть не выпрыгивая из груди.

















