Любить нельзя. Расстаться
Кап-кап-кап. Вода раздражала, каждой каплей — напоминание о том, что он не сделал. Не сказал. Пропустил. Каждая капля последние два года пустоты: встречи с друзьями без него. Вечера с детьми — без него. Пустая постель — опять задержался на работе. Когда-то она поддерживала. Понимала. Потом пыталась понять. Потом злилась. А потом… Пришло равнодушие.Никита растворился в работе, в чувстве долга. В этом весь он, ей бы понять раньше. Только это ничего бы не изменило. Света устала быть одна при живом муже, а для Никиты её решение о разводе как обухом по голове - он не хочет терять ни её, ни детей. Сергей погряз в семейной рутине, а тут Инна - бывшая одноклассница, яркая, живая, страстная. Искушение даже для самого верного человека.Три семьи на грани, три непростых пути: от развода к счастью, от счастья к разводу.
Не хочу привыкать. Просто нравится сам процесс.
– Я тоже говорил себе так поначалу. – Сергей решил, что покурит позже – сигаретный дым и так перебивал тонкий аромат её духов. Поэтому он просто засунул руки в карманы, прислонился к стволу акации. Резная зелень едва распустившихся, тонких трубочек-листьев ложилась на землю светлой, почти прозрачной тенью. Скользила по лицу Инны, рисуя причудливый узор. – Значит, Игорю тоже нравится Алина?
– Дане тоже? – от удивления Инна затянулась глубже и глухо закашлялась. – Надо же, – проговорила сквозь выступившие слёзы. – Любовный треугольник, и в центре Светкина дочка! – Отдышавшись, сказала: – Интересно, её выпишут до праздника?
– Тогда Даня пригласит её первым.
– Ой, только не говори, что у него хватит на это смелости! Мне кажется, во всём, что касается отношений, он пошёл в тебя.
– И чем именно он пошёл в меня? – заинтересовался Сергей, повернувшись к ней всем корпусом, плечом подпирая дерево.
– Умением избегать любых проблем, связанных с чувствами. – Инна протянула ему докуренную до половины сигарету. – Не хочу больше.
Он осторожно взял её, коснувшись коротких, покрытых голубым лаком ногтей, обхватил губами фильтр, пристально посмотрел прямо в глаза и глубоко затянулся.
– Надеюсь, он будет настойчивее, чем я, – сказал он, выдыхая дым.
– Для Игоря будет лучше, если нет. – Инна озорно сверкнула глазами. Сергей невольно залюбовался игрой света и тени на её лице, приоткрытыми губами, тепло которых, если напрячь воображение, хранил сигаретный фильтр. Именно на губах застыл его взгляд, ненадолго, но достаточно, чтобы заставить её напрячься и нервно втянуть нижнюю, пройтись по ней самым краешком белых зубов.
– Боюсь, что в этот раз Даня признается первым, – голос сел на пару тонов, завибрировал на низкой, интимной ноте. – Я приложу к этому все усилия. – Он медленно поднял на неё глаза, проваливаясь в яркую бирюзу.
– Приложишь усилия к чему? – пробормотала Инна, надеясь, что он не заметил, как часто стала подниматься грудь, которую толкает изнутри бешено колотящееся сердце.
– К тому, чтобы он сказал Алине, – тихо сказал Сергей, надеясь, что плечо врастёт в дерево и не даст податься к ней, – что хочет быть рядом.
– Думаешь, Алина согласится? – Инна втянула вязкий воздух, нервно накрутила локон на палец.
– Даня будет очень на это надеяться. – Сергей заставил себя улыбнуться. Невольно повернул голову: из дверей вышла пара медсестёр. Выпрямился, пожал плечами. – В любом случае, увидим на празднике.
– Увидим, – Инна тоже стряхнула сладкий морок, хотя под кожей всё ещё пробегали слабые разряды тока.
– Хочешь, заключим пари, – вдруг предложил Сергей. – На то, кто пойдёт с Алиной.
– И что на кону?
– Не знаю. Придумаем, когда определим победителя.