Любовь, которой не было

Потому что помню, как хорошо может быть с этими мужчинами. Которые усаживаются слишком близко, не сводя с меня взгляда.

Мы говорим о работе, и мне действительно вручают расшифровку сценария. Там сюжет первых тридцати минут игры, который занимает почти сотню страниц. В зависимости от выбора игроков, их действий. И, как я понимаю, чем дальше будет идти сюжет – тем больше сцен снимать.

– А если игрок будет водить меня по кругу? Как это предугадать?

– Никак, - Сэм улыбается. Но не насмешливо или издеваясь, напоминая, насколько я глупа в подобных вопросах. А подбадривающе, словно ему нравится, что я спрашиваю. – Поэтому мы снимаем много материала. И с бегом, и со всеми движениями. Потом накладывают графику, а задача программистов наложить это всё на игру. В конце концов, если какого-то движения совсем не будет, то игрок просто не сможет это сделать.

– Хорошо. Тут персонаж – Джах – его играет Олег, правильно? А кто он?

– Он будет тебе помогать или…

– Нет. Место действий – эта странная балетная академия. Забудем о элементах мистики и триллера. Джах не танцор и не преподаватель. Или это тоже часть загадки?

– Там должно было быть о танцоре, - Сэм вырывает у меня сценарий и листает, объясняя параллельно: – Это часть странностей, да. Но… Блин, надо добавлять хоть диалог, что он танцор. Никто на вычитке не заметил! Спасибо, принцесса.

Сэм долго что-то строчит в телефоне. И, судя по всему, ему отвечают. Значит, не только у меня ненормированный график. Понять не могу, расстраивает это или радует.

Идиотка Слицерин, вот кто я.

Хоть что-то ясно.

– Мы не можем выключить красный свет? – разворачиваюсь к Алексу, понимая, что Сэм надолго пропал в переписке. – Глаза начинает резать.

– Прости, принцесса, но нет. Сегодня здесь была тестовая съемка со светом и не выключить теперь. Только когда закончим первую сцену, где ты просыпаешься. Вита тоже жаловалась.

– А если в сцене только я, то зачем была Вита?

Упоминание прошлой актрисы режет слух. Все ещё непонятно, почему её убрали и настолько ли нужна была я.

– Вы одного роста. Поэтому на ней проверяли, как падал свет. Не переживай, во время съемок будут перерывы.

– Я с вами, - Сэм откладывает телефон, внимательно смотря на меня.

– Что?

– Ты ничего не ешь.

– Ем.

Показательно цепляю последний лист салата с коробки и отправляю в рот. Уже поздно, но сегодня практически не было времени есть, поэтому не думаю о калориях. Думать вообще сложно, когда колено Алекса прижимается к моему. У школьников ухаживания серьезней, но тело дрожит.

– Ты похудела.

– Спасибо.

– Это был не комплимент, красотка. Ты слишком худая, даже для балерины.

– Камера прибавляет пять килограмм, так что в кадре буду смотреться идеально.

Отрезаю ледяным тоном, который вытренировала за столько времени.