Любовь, которой не было

– Ты об этом хотела попросить? О поцелуях?

– Да, - не могу понять, почему так стыдно. Но вряд ли правда может быть порочней того, как мужчины вдвоём касаются моего лона. – Да, я хотела спросить могу ли я вас поцеловать. Я…

– Глупышка, - Алекс оставляет поцелуй на виске и мягко двигает двумя пальцами. – Ты можешь делать, что захочешь. Мы очень надеемся, что ты будешь. И об этом просить не нужно.

– Ну почему? Почему я должна просить вас что-то сделать, но сама…

–  Всё просто, Юн. Потому что мы хотим тебя всю, в любых вариантах. Но ты… Ты можешь стесняться, можешь не сказать, что чего-то не хочешь.

Поэтому, когда ты просишь, очевидно, что ты очень хочешь этого. А мы хотим быть уверены, что тебе всё нравится.

– Очень хотим.

– Пожалуйста. Хочу вас в себе.

– Мы уже, разве не чувствуешь? – Сэм добавляет свои пальцы. Они вдвоем во мне, двигают пальцами. Так тесно, жарко. Я могу лишь откинуться на спину Алекса и сильнее развести ноги. – Мы уже в тебе.

– Я хочу… Хочу вас…

– Давай, принцесса.

– Я хочу… Хочу… Я не могу.

Машу головой, давя всхлип разочарования. Не могу произнести в слух. Хочу, всё горит внутри, разрывается.

Нужно больше, сильнее.

– Пожалуйста. Я… Я научусь просить, - обещаю, словно это не на несколько ночей, а на всю жизнь. Вот так. С поцелуями, объятиями и невыносимым желанием. – Но сейчас…

– Умница, ты такая умница, Юн.

Алекс целует меня, проводит языком по контуру губ. Словно отравляет меня с каждой минутой всё больше. Завожу ладонь назад, хватаясь за его шею. Откидываюсь на накачанный торс, выгибаясь сильнее.

– Обязательно научишься. Ты прекрасна, принцесса. Идеальная.

Вскрикиваю, когда мужчина подхватывает мои ягодицы, утаскивая на себя.

Его головка проходится по влаге, давя на клитор. Так хорошо, что все причины отказать разлетаются. Почему я столько от них бежала?

Мужчина толкается в меня. Медленно, плавно, заполняя полностью.  Так хорошо, словно дорвалась до самого желанного. Пять лет была на диете, а теперь дорвалась до десерта.

– Сэм, защита! – простреливает внезапной мыслью.

– Блять, - мужчина отстраняется, и становится так пусто. – Сейчас. Мозги от тебя плавятся, веришь?

Верю. Потому что сама ничем не лучше. И только падаю, падаю, падаю в пропасть. Ни о чем не думаю. Лишь сама насаживаюсь, когда мужчина раскатывает тонкий латекс, получая желанное.

– Такая красивая. Вот так?

– Да! Да…

Я хватаюсь за всё, что могу. Волосы Сэма, Алекса. Их накачанные руки с выпирающими венами. Опускаю ладонь на член Алекса, проводя по длине. Наслаждаюсь его тяжелым, сбитым дыханием.

– Чуть сильнее, принцесса, - он просит, и я не могу отказать. – Фак, какая же ты.

– Какая?

– Охуенная, Юн.

Я двигаюсь, наслаждаюсь, растворяюсь в этих чувствах. Как все чувства скручивает, обвивает меня колючей проволокой.