Любовник из модного каталога

Он повернулся к ней:

— Ты в порядке?

Она тяжело дышала и побледнела, Пейдж жалась к ногам хозяйки.

— Я перенервничала, но цела. — Изабо почесала собаку за ушами. — Нам необходимо подумать, как объяснить, почему ты ударил того пикетчика, потому что не успеем мы отсюда выйти, как эти снимки попадут в Интернет. — Она взглянула на Пейдж: — Успокойся, девочка, успокойся.

Собака заскулила и начала рваться с поводка, прочь от Изабо, совсем не напоминая в этот момент отлично выдрессированного служебного пса.

— Что происходит?

— Сама не знаю. Обычно таким образом Пейдж предупреждает меня о приближающемся приступе диабета, но я не думаю, что он сейчас случится.

Тристан беспокойно переступил с ноги на ногу.

— Может, проверишь уровень сахара в крови, чтобы знать наверняка?

— Да, конечно. — Изабо задумчиво нахмурила лоб, и Тристан обнял ее за талию. — Обычно Пейдж сосредоточена только на мне. Единственный раз, когда она вела себя так, как сейчас, был очень давно. Я пришла к врачу, и в приемной Пейдж среагировала на пожилую женщину прямо перед тем, как у той начался инсулиновый шок…

Наоми внезапно ахнула, прижав одну ладонь к губам, а другую к животу. Стоящий рядом Ройс тут же обнял ее за талию.

— Что с тобой?

Наоми побледнела, на ее лбу выступили бисеринки пота.

— Пейдж лаяла на меня…

Казалось, ее мысли путаются. Речь звучала все медленнее и тише, а затем Наоми побледнела и потеряла сознание.

Ройс открыл дверь холодильника в поисках фруктов, вынул малину и листья мяты, положил их рядом с небольшой чашей, наполненной апельсинами.

Он всегда старался следовать привычному распорядку, особенно в моменты стресса и неопределенности. А события последних двадцати четырех часов выбили его из седла — начиная с аварии на трубопроводе и заканчивая обмороком его невесты после стычки с пикетчиками.

Ройс как в тумане помнил поездку в больницу, но не мог забыть того, что сказал доктор. У Наоми обнаружили гестационный диабет и прописали ей постельный режим, чтобы сохранить здоровье ее и еще не рожденных близнецов.

Вытащив разделочную доску, Ройс сосредоточился на том, что мог контролировать, — как нарезать апельсины аккуратными ломтиками. Положив пару ломтиков в стакан ледяной воды для Наоми, он добавил туда ягоды малины и несколько листьев мяты. Ему хотелось обеспечить для своей невесты максимальный комфорт, потому что ей, с ее стремлением к независимости, нелегко было смириться с необходимостью постельного режима.

Обнаруженный у Наоми гестационный диабет напугал Ройса до смерти. Тревога за нее и близнецов всколыхнула в его памяти воспоминания о бывшей невесте и ее выкидыше, а также о ее уходе. Тогда Ройсу казалось, что он потерял все. Боль от этой утраты преследовала его до сих пор.