Лорд Системы 3

И что будет с ним когда, Гюнтер и Суровый доложат об очередном провале?

Лучше бы Гюнтер не знал. Но, к сожалению, ему придётся оказаться в первом ряду зрительного зала.

— Нам пора. Не стоит заставлять босса ждать, — к ним возвращается Суровый и хлопает Гюнтера по плечу.

Кивнув на прощание Рыжему, Гюнтер решительно, словно в ледяную воду, шагает вперёд.

* * *Жилище главы поселения поражало своими габаритами. Этот комплекс, охраняемый целой группой из пяти кнехтов и «спецназа» в лице трёх байкеров, стоял как крепость в пределах «внутреннего поселения».

Джо-Джо, их глава, всегда заботился о собственной безопасности, и это было не паранойей, а трезвым взглядом на правила нового мира. Погибнет он — и весь их мир, «Голубая Устрица», рухнет, вызвав волну ярости и негодования среди рабов.

Гюнтер, отчего-то, был уверен, что всё произойдёт именно так. Он осознавал, что выбранная модель управления не была идеальной, но делать нечего — суровые времена требуют суровых решений.

Именно Джо-Джо смог сплотить их, потерянных простых парней с улиц, что грезили о байках и о том, как будут цеплять девчонок.

Именно Джо-Джо не растерялся в новом мире, и повёл их в завоевательные походы по соседним кластерам, едва ли встречая сопротивление.

А теперь Гюнтер серьёзно подставил своего босса, принеся весть об очередном поражении. Ему было не столько страшно, сколько стыдно.

В сопровождении двух кнехтов он и Суровый наконец-то входят в «приёмный зал». В помещении, освещаемом факелами, доминирует огромный стол, за которым когда-то собирались все их братья по оружию.

Обсуждали планы по захвату мира, устраивали вечеринки, спорили, оскорбляли друг друга, бились на кулаках.

Теперь многих из них уже нет. Они были не идеальными, но они были его товарищами.

У дальней стены на деревянном постаменте восседает мужчина с белоснежными волосами, зачёсанными назад и собранными в тугой хвост. Хищные глаза сканируют вошедших.

Поджарая фигура, отчётливо заметные жгуты мышц, а также каменное изваяние вместо лица.

— Долго же вас не было, Гюнтер, Суровый, — тихо произносит он.

Оба мужчины непроизвольно вздрагивают и опускают головы. Он знает, конечно, он знает. Он ведь Лорд ""Голубой Устрицы'!.

— Мы провинились, — смиренно начинает Гюнтер, но тут его неожиданно хватают за плечо и отдёргивают назад.

— Я его предупреждал, что всё это ужасный план! — взволнованно и нагло заявляет Суровый, не скрывая своего раздражения. — Я говорил ему, что не следует подставляться. Но этот гад меня не послушал и уверовал в слова вражеского раба.