Поиграем?

— А я уже все, Алексей Викторович, — вскакивает с дивана, даже не допив чай.

— Приятного аппетита, — неожиданно произносит он, смотря на меня. А затем подмигивает. Кажется, это первый знак «внимания» в мою сторону за прошедшие две недели. Хорошо бы последний.

***Выхожу из автобуса и, не смотря под ноги, бегу к нужному корпусу. Ненавижу опаздывать. Просто на дух не переношу. Вот что бывает, когда занимаешься несвойственной тебе ерундой. В этот раз — никаких экспериментов с одеждой. Привычная для меня черная водолазка и джинсы. Но над волосами и неброским макияжем я все же поработала.

У меня с детства выработалось что-то типа рефлекса — быть незаметной. Когда ты невидимка — тебя не трогают. Точнее, меньше трогают. Подчеркивать свою фигуру мне никогда не хотелось. И так было до тех пор, пока я не увидела новенького парня на нашем потоке. Да, тогда мне впервые захотелось стать привлекательнее.

Как там говорят: любовь с первого взгляда? Не знаю, что такое любовь к мужчине и есть ли она вообще, но то, что в момент встречи во мне что-то перевернулось — это факт. Исходя из прочитанных мною романов, скорее всего, я влюбилась в этого парня.

А, может быть, дело в том, что он подсел за парту к такой незаметной как я, тогда как другие были свободны. Или в том, что это первый парень в университете, который нормально со мной заговорил. Он был со мной мил. Для меня — это терра инкогнита. А уж когда через неделю знакомства на одной из лекций он протянул мне шоколадку, что-то там внутри зашевелилось. Вряд ли бабочки, но точно не опарыши. Проблема заключалась в том, что Миша в меня влюблен не был.

Не сказать, что я страдала от этого, но безусловно хотелось взаимности.

В любом случае, учитывая мое отношение к мужчинам, меня необычайно радовал тот факт, что мне, как оказалось, не чужды все эти любовные дела.

Возможно, из этого ничего не получится, но зная, что курс «внутренние болезни» мы проходим двумя группами — упустить такого шанса я не могла. Три недели бок о бок — впечатляет. Быстро переодеваю халат и, поправив свои распущенные волосы, стучусь в кабинет. Открываю дверь и замираю. Да не может такого быть!

— Здравствуйте, — еле выговорила я, смотря на Зорина, восседающего за столом.

 — Извините за опоздание. Можно?

— Что можно, Евгения Михайловна?

— Войти можно?

— Можно, но осторожно. Первое предупреждение, оно же и последнее. Опоздание на пятнадцать и более минут приравнивается к прогулу. Сегодня в качестве исключения наказание будет в виде опроса по задаче после занятий. Садись за первую парту. Итак, занятия будут проходить следующим образом. Собираемся в девять двадцать. Дальше я раздаю каждому из вас больного.